Зато потом мне еще не раз долго скучать возле торговцев тканями, украшениями и тому подобным…. Даже Феникс, обычно равнодушная к таким вещам, не удержалась и купила платье из тонкого эльфийского шелка и пару мягких сапожек из кожи.
Но по настоящему рыжая разгулялась в одной книжкой лавке. Она оставила обрадованному эльфу половину всех наших денег за полтора десятка редких книг по магии. Редких, толстых и очень тяжелых книг, которые именно мне пришлось тащить до гостиницы.
Предлагали тут и незаконные, запрещенные к продаже товары. В одном проулке, в который мы свернули, чтобы срезать дорогу, совсем отчаявшийся продавец, постоянно пугливо озирающийся по сторонам, предложил мне «пыльцу фей». Я остановился и попросил его показать мне товар. Гоблин достал из внутреннего кармана потрепанной грязной куртки холщовый мешочек с каким-то белым порошком. Я взял маленькую щепотку и осторожно понюхал её. Не знаю, что это было, но точно не «пыльца фей».
- И что это? – с усмешкой спросил я.
- Как шо? – возмутился гоблин. – Не понимаешь штоли? Настояшшая «пыльца»!
Спорить с ним мне было неохота, так что я достал из кармана удостоверение оперативника и показал ему. Реакция превзошла все мои ожидания, бросив мешочек в одну сторону, гоблин пулей метнулся в другую, выскочил на оживленную улицу, попытался затеряться в толпе, но на свою беду врезался в патруль Ордена.
Выкрутив гоблину руки, патрульные подошли к нам и представились.
- Игнацио Гарсия, патруль Ордена, этот гоблин что-то украл у вас?
- Игорь Теплов, старший оперативник Российского отделения Ордена, - я показал удостоверения. – Нет, этот придурок предлагал мне что-то, что пытался выдать за «пыльцу фей».
Гоблин жалобно заскулил, но не даже не пытался вырваться из хватки крепкого бойца.
- Так ты, мелочь зеленая, решил завязать с карьерой воришки и податься в наркодельцы? – насмешливо спросил Игнацио Гарсия. – Захотелось наркобароном стать?
Патрульные забрали мешочек с порошком, но к его содержимому отнеслись с явным скепсисом. Скорей всего мелкий пройдоха пытался втюхивать какую-то ерунду, вместо опасного наркотика.
- И что с ним будет?
- Формально мы не имеем права ловить преступников в Кейродоне, - объяснил нам Игнацио. – Но если бы он действительно продавал «пыльцу», то судили бы его все-таки мы. А так передадим Стражам, пусть они с ним разбираются. Вышлют скорей всего в родной мир.
Предлагали нам не раз и другие интересные вещи, за провоз которых на Землю можно было получить вплоть до расстрела: опасные наркотики, артефакты некромантов, запечатанных демонов и проклятые вещи. За последнее карали особенно жестко. Потому что любили некоторые люди избавляться от врагов, подкидывая им тем или иным образом предметы, на которых лежали смертельно опасные проклятья, способные свести с ума или убить всю семью.
Вайлет и Феникс, широко раскрыв глаза, пытались охватить все это разнообразие, разглядеть его и запомнить, распробовать все угощения и фрукты, полюбоваться на все украшения и диковинные одежды. Это странный, шумный и великолепный рынок захватил их так, что лишь поздно вечером, падая от усталости, они соглашались уйти домой. Да и я, в общем, не скучал там.
В узком каменном ущелье разыгрывался последний акт хорошо знакомый многим мирам драмы межклановой розни. Эльф стоял, сложив руки, напротив своих соплеменников. Он выглядел расслабленным и спокойным, можно даже сказать миролюбивым, но другие эльфы не обманывались его видом и держали оружие наготове. Двое копейщиков стояли слева и справа от него, три лучника заняли позиции на высоких камнях, а прямо перед ним стоял эльфийский князь в полном боевом доспехе и с обнаженным клинком в руках.
- Лиерахонт, - насмешливо произнес высокородный князь Алерваль. – Вот уж не думал, что ты так легко попадешь в столь простую ловушку. Воистину, от общения с людьми сам начинаешь глупеть.
- Много болтаешь, - холодно ответил Лиерахонт.
Алерваль побледнел от гнева и отставил ногу назад, картинно поднимая меч для удара. Этот аристократ никогда не мог удержаться от красивых и пустых жестов. Вот и сейчас, вместо того, чтобы убить давнего врага, эльф разыгрывал целое представление в духе классического эльфийского театра. Эльфийские драматурги славились любовью к таким сценам – два смертельных врага, боевые доспехи, клинки, что режут мифрил словно масло, и поединок.