Вниз мы спускались на тросах. Первыми на земле оказались Федор и Николай, мы с Сергеем опустили вниз все наше снаряжение, затем помогли Феникс и Светлане, а только после них спустились сами. Турецкие военные нам не помогали, но были рядом и пожелали удачи на прощание.
Внизу ничего интересного не оказалось. Просто большая и глубокая яма с отвесными краями и кучей каменных обломков на дне. Солнце сюда не заглядывало, растений никаких не было, как и животных, только незнакомая птица сердито смотрела на нас из гнезда на скале.
Пока мы все недоуменно оглядывались, не понимая, зачем мы сюда спустились и куда идти дальше. Сергей подошел к каменной стене и приложил к ней золотой амулет, размером с пятирублевую монету. Сначала ничего не происходило, а потом по стене пошла рябь, иллюзия исчезла, и мы все увидели узкую щель.
- Нам сюда, - сказал Сергей. – Светлана.
Девушка щелкнула пальцами, зажгла небольшие светлячки и отправила их в узкий проход. Я пошел первым, протиснуться сквозь щель можно было только боком, не говоря уже о том, чтобы идти сразу с рюкзаком. К счастью в двух метрах от входа пещера расширялась, а потолок поднимался вверх. Поэтому Федор остался снаружи и подавал нам рюкзаки, а мы протаскивали их и складывали в кучу.
- Черт, кажется я застрял, - выругался Федор. – Как же тут узко.
- Это просто кто-то слишком много ест! – голосом кролика произнес Николай.
Светлана и Феникс, не выдержав, хихикнули, хотя ситуация была в общем-то не смешной.
- Поговори мне еще, глиста худая! Агхр! - поднатужившись, Федор боком протиснулся внутрь. – Надеюсь, дальше таких узких мест не будет.
- Не знаю, - ответил Сергей. – Идем дальше, привал сделаем позже.
И, надев тяжелые рюкзаки, мы пошли по узкому туннелю. Идти в нем можно было только по одному, да еще часто приходилось нагибаться из-за выступов на потолке. Чем дальше мы шли, тем прохладней становилось. Каких-то подземных красот при этом пока не было, просто серый камень и все.
- Мы идем сквозь Мглистых гор хребет, в пещере там небрежет свет, - тихо напел себе под нос Николай.
- Перестань, - попросила его Светлана.
- Что, песня не нравится?
- Песня нормальная, концовка у неё не очень, да и голос у тебя, честно говоря…
Николай хмыкнул, но спорить не стал. Всем было немного не по себе, кроме пожалуй меня и Сергея. Я привык к подземельям подгорода, темным и грязным, а Сергей всегда был хладнокровным как танк. А вот остальным было не по себе от мысли, что над головой толща камня, а вокруг реально никогда не заглядывало солнце.
Но, как оказалось, это было только начало.Через пару часов туннель вывел нас в небольшую пещеру с идеально ровной дырой на полу диаметром около полутора метров. Рядом были намертво вбиты в камень крепления для веревок. Пока мы снимали рюкзаки и доставали веревки, Николай шутки ради скинул в провал камень и прислушался.
- А где стук? – удивленно спросил Николай.
- Не волнуйся, - успокоил его Сергей. – Дно есть.
- Точно?
- А ты спрыгни и проверь, - с усмешкой предложил ему Федор.
- А может тебя столкнуть? Хотя нет, ты ж застрянешь там.
- Хватит! – оборвал их Сергей. – Мы не на прогулке.
- Серьезно? – делано огорчился Николай. - А я думал мы в турпоход по пещерам пошли!
- Детский сад, - недовольно проворчала Светлана.
- Значит так, глубина колодца сто пятьдесят метров, спускаться будем по одному. Сначала Игорь, Феникс и Николай, именно в таком порядке. Потом мы с Федором спустим на веревках все рюкзаки. Игорь, если не хочешь сидеть в темноте, бери с собой фонарик. Светлана сможет осветить только половину колодца, второю половину осветит Феникс, как спуститься. Понятно? Тогда надеваем каски и работаем.
Конечно, я умел это делать. В курс моей подготовки входило и обучение альпинизму, а потом еще и постоянно приходилось на тренировках отрабатывать красивый и эффектный штурм зданий через окно. Но одно дело спускаться по кирпичной стене пятиэтажки, а другое дело в бездонный колодец, стенки которого были идеально гладкими, скользкими и словно бы оплавленными.
Упираясь ногами в стену, я медленно спускался вниз. Вскоре я перестал слышать голоса товарищей, оставшихся наверху. Снизу тянуло холодом и сыростью, а светлячки Светланы были совсем тусклыми и лишь едва-едва разгоняли вечный мрак. Вскоре последний из них остался надо мной, и я медленно спустился в полную темноту.
Тишина. Было настолько тихо, что мое собственное дыхание казалось мне слишком громким. Темнота. Даже не так – тьма. Полная и абсолютная. Лишь высоко над головой я мог различить небольшую искорку последнего волшебного огонька. Я не видел ничего и продолжал медленный спуск на ощупь.