Вторым защитным механизмом была фоточувствительная или световая деградация. В молекулу Хонкоцид для использования в условиях риска, когда его могут похитить, был синтетическим путем «вшит» светочувствительный молекулярный «предохранитель». Идея была основана на том, что пакет с глюкозой прозрачный. Как только его в него вводят специальный препарат Хонкоцида, запускается часовой таймер фотодеструкции под действием обычного комнатного света. Если за час препарат не ввели, свет начинает полностью разрушать молекулу лекарства. А так как, кровь абсолютно непрозрачна для света, а внутри вен царит полная темнота, то когда Хонкоцид попадает в кровоток, он оказывается в безопасности от фотонов. Хонкоцид спокойно действует, защищенный тканями тела от светового разрушения.
В любом случае, через час в пакете с глюкозой остался бы только бесполезный биологический мусор, из которого мало что можно было бы понять. Поэтому Виктор был полностью спокоен.
— Ну, что, — сказал юноша, — я наверное, могу идти? Чего мне тут делать? Инструкции я вашим специалистам дал, думаю они справятся. Будем ждать результат.
— Хорошо, — кивнул японец, — ты прав. Отправляйся домой, я буду держать тебя в курсе. Все остальное сделаем после того, как с дядей императора все более менее прояснится. А для тебя я приготовил сюрприз!
— Спасибо! Согласен, — улыбнулся зумер, — тогда я пошел.
И попрощавшись с врачом-онкологом, он вышел во двор дома и направился к машине. К своем удивлению он увидел сидящую в ней личную помощницу главы клана.
— Это нам опять свезло! — обрадовался Артем Николаевич, — интересно, у нее лимит какой-то есть? На ночные утехи?
— Это у нас скорее лимит возможностей быстрее закончится, чем у нее! — вздохнул Виктор.
— Давай рванем к фармацевту! У него таблетки волшебные есть! — предложил старый ловелас.
— Не нужно нам никакой химии! — твердо ответил юноша, — мы же не производители на конской ферме! Для удовольствия таблеток не нужно. А если не хочется то зачем себя мучать?
— А если хочется, но не можется? Мы что опозорим российский флаг перед этой японкой? — спросил отец.
— Второй Цусимы не допустим! — твердо произнес Зумер, — но и сексуальной Хиросимы с Нагасаки устраивать не будем!
— То же верно! Мы же не американцы! — рассмеялся историк.
— Господин приказал мне ухаживать за Вами пока все не прояснится, — с холодной улыбкой произнесла японка, — Вы не возражаете?
— Не возражаю! Харуми, а может быть Вам самой это не нравится? Хотите, я поговорю с Вашим хозяином? — спросил Виктор.
— Прошу Вас, Господин, не делать этого! — испугалась девушка, — это будет для меня несмываемым позором! Он решит, что я плохо справляюсь со своими обязанностями! Прошу Вас!
— Хорошо, хорошо! — успокоил ее зумер, — ты мне очень нравишься, просто я не хотел, чтобы тебя принуждали к чему-то силой, против твоей воли.
— Если это случиться я всегда могу совершить дзигай! — улыбнулась самурайка, — Вы очень добры ко мне, Господин.
— Ты очень хорошо знаешь русский язык, откуда? — спросил ее Виктор.
— Моя мама была русской, а отец японец! — ответила гордо девушка, — но душой я японка! Поехали Господин, нам нужно купить продукты. Я даже не знаю, чем Вы вообще питаетесь. В Вашем холодильнике ничего нет!
— Я себе доставку заказывал, — признался юноша.
— Это не годится! Господин испортит себе желудок! — категорически произнесла полукровка, — едем в магазин. Я буду готовить Вам японскую пищу!
За ними ехала машина охраны. Перехватив взгляд зумера, брошенный на них, самурайка произнесла:
— Они будут дежурить возле Вашего дома, Господин.
— Это чтобы я не сбежал? — усмехнулся Виктор.
— Нет, для этого достаточно меня, — улыбнулась девушка, — Вы, Господин, теперь важная персона, теперь Вас все время будут так охранять.
Они приехали в супермаркет и взяв тележку стали грузить ее продуктами. Харуми выбирала самые дорогие виды риса, рыбы и мяса. В тележку отправились овощи, зелень и масса приправ.
— Какое вино любит, Господин? — спросила его личная помощница главы клана.
— Апельсиновый сок! — ответил Виктор и хотел взять упаковку с полки.
— Не нужно, — остановила его японка, — лучше купим несколько килограмма апельсинов и я буду делать Вам свежевыжатый сок. В упакованных очень много сахара и мало самого сока.
— Мне нравится эта самурайка! — заметил Артем Николаевич, — она так заботится о нашем здоровье!