— Вот и славно, — тепло улыбнулся в ответ бездомный.
— А что с Вашей обувью? Хотите, я поищу что-нибудь? В коробке оставленных вещей может что-то найтись. Или зайду в бесплатное отделение, там могло что-то остаться от благотворителей
— Ой, нет, не стоит. Мне и так хорошо, — по-доброму отмахнулся бродяга.
— Может, кофе хотите или перекусить? — Ариадне очень хотелось поблагодарить отзывчивого человека.
— Спасибо, откажусь. Мне пора идти дальше. А Вы не волнуйтесь. У Вас всё будет хорошо, — сказал он и странно на неё посмотрел.
Бездомный улыбнулся ей напоследок и энергично зашагал прочь. Ариадна осталась в лёгком недоумении, но в больнице чего только не насмотришься. Приятное случается редко. Скорей бы эта смена и ночь закончились.
***
— Всё готово, Учитель, — молодой последователь культа склонил голову перед своим лидером.
Лидер культа стоял у зеркала и пытался расправить складки на своём расписном балахоне. От голоса прислужника он вздрогнул и раздражённо отбросил своё занятие.
Важный день. Наконец-то всё было готово. Заброшенная с начала двухтысячных, тюрьма общего режима "Шелберн", стала идеальным и тихим местом для апогея и истинной цели их Служения. Вдали от города и любопытных глаз это место впитало в себя страдания и боль тысяч людей. Чудовищная тёмная энергетика.
На них охотились могущественные силы. Но даже они не смогли раскрыть замысел и помешать довести его до логического завершения. Весь их план мог рухнуть из-за глупости одного человека. Но Отец хранил их.
Скоро Он вырвется из своего заточения, и они займут свои места подле Него. В новом, замечательном мире.
— Уверен, Джеймс? — язвительно прикрикнул на прислужника лидер. — Тела больше не выпадали из твоей машины? Ты больше ничего тупого не делал?
— Я уверен, сэр! Это не повторится. Мне очень стыдно… В этот раз никаких затруднений, — опустил голову прислужник.
— Конечно, тебе стыдно! Полиция или федералы могли выйти на наш след. Молись, чтобы наш Господин был не в курсе твоих оплошностей. И предстал перед нами в хорошем настроении. Он будет судить каждого из нас, и каждому из нас он воздаст по заслугам. Всё, уйди с глаз моих до конца церемонии!
Прислужник опустил глаза и метнулся прочь. Лидер вернулся к зеркалу. Скорей бы пережить эту ночь. Какая сложная и хрупкая задумка. Но нельзя отступать и быть слабым. Первая попытка призвать Отца оказалась неудачной. Они так старались, но этого оказалось недостаточно, чтобы пробить брешь между мирами. Вся кровь, приносимая в жертву, должна быть свежей. Только так. Всё висело на волоске, и судьба вряд ли предоставит им ещё один шанс. Сегодня тот самый день. Скоро весь мир узнает кто они, и склонится на колени перед Отцом.
— В этот раз все получится, — кивнул лидер своему отражению в зеркале.
— Ну что, Джон? Ты готов? Тебя ждём, — раздался сзади знакомый голос.
Правая рука лидера, немолодой Джошуа, как всегда был собран и сосредоточен. Джон посмотрел на него, как на сына, которого взрастил среди испытаний и невзгод, отринутого обществом и еще недавно пребывавшего на самом его дне. Но теперь Джошуа, как и их отец возвысился и внушал гордость.
— Да. Я готов. Уверен, что внизу все в порядке? — спросил его лидер.
— Да, Джон. Я всё проверил на десять раз. Мы готовы. Печать начерчена верно. Сутки и час подобраны идеально. Это — то самое место. Последователи собрались. Дело осталось за тобой.
— Уверен, что они смогут сделать, то, что от них требуется? — Джон поправил галстук и вопросительно посмотрел на Джошуа.
— В прошлый раз же сделали. Я сам их готовил и проверял. Они готовы и всё понимают. Если что-то пойдёт не так, у меня остались люди наготове. Они помогут тем, кто будет сомневаться. И сами совершат необходимое, если энергии не хватит. Я обо всём позаботился, Джон. Дело за тобой. Ты должен прочесть текст правильно и без ошибок. Третьей попытки может и не быть.
На секунду Джон скривился, вспоминая их недавнюю неудачу. Старый автомобильный завод не место для возвращения их Господина. Но теперь пазл должен сойтись.
— Давай сделаем это, брат! Я готов. Я чувствую, что сегодня всё получится. Представь, что мы сможем сделать завтра! — глаза лидера горели, он благодарил Отца за Джошуа.
— Да коснётся тебя Его Длань. Ты великий человек, Джон. Всегда помни это. Мы изменим всё, — Джошуа обнял его, как обнимал отца, и они вышли к своим последователям.
Толпа встретила их овациями и одобрительным гулом. В воздухе повисло напряжение.
— Братья! Сестры! Мы дожили!
Джон почти кричал. Он старался, чтобы вся его вера, все его чувства, прошли сквозь каждое бренное тело и передались каждому юному сердцу внизу. Сила Отца наполняла его, и он делился ей с каждым страждущим коснуться великого и стать чем-то большим.
— Сегодня мы, все вместе, приведем в этот мир нашего Отца! Его предали и он долго ждал, чтобы его освободили. И эта ноша лежит на наших с вами плечах. Сегодня день, когда он проверит нас и воздаст нам за все наши деяния! Будьте смелы! Не сомневайтесь! Верьте. И вам воздастся! Сегодня вы умрете, но будете жить снова! Больше не будет боли, не будет страха. Никто не сможет больше втоптать вас в грязь и говорить вам, что делать. Вы освободитесь от всего лишнего. Да коснется вас Его Длань и укажет путь в темноте. Я объявляю десятиминутную готовность. Выпейте, покурите и собирайтесь для последнего служения.
Последователи ответили ему радостными и почти звериными криками. Джошуа не подвёл и в этот раз. Ему удалось усовершенствовать древний рецепт ритуального снадобья и смешать травы и грибы с современными наркотиками. Толпа внизу в исступлении и готова принести свою жертву.
Джон ещё раз прошелся по верхнему этажу, рассматривая сверху сложный рисунок и копошащихся внизу людей. Он молился, прокручивал в голове слова и пытался унять дрожь в руках и голосе.
И наконец, он начал. Мёртвый язык разнёсся по самым дальним уголкам центрального блока тюрьмы "Шелберн". Каждое последующее слово давалось всё тяжелее. Невероятная энергия пронизывала, сковывала мышцы и сводила челюсть. Только бы его хватило выполнить свою часть.
В глазах темнело. Внизу десятки обезумевших людей, что есть силы, били себя обсидиановыми ножами в горло и грудь, падали на пол, кричали и хрипели.
Его почти снесло порывом ветра, ворвавшимся в здание. В воздухе запахло дождём и озоном. Росчерки молний и электрического света заполыхали над потолком. Пол центрального зала дрогнул и начал расходиться трещиной. Густая масса крови и тел пришла в движение и устремилась к центру трещины. Отец явился.
— Ты прекрасен, — зарыдал рядом Джошуа.
Джон закончил читать. Слабость ушла, как только с его уст сорвались последние слова. Из самых глубин преисподней к нему шёл его Великий Отец. Вот показалась его уродливая гигантская непропорциональная пасть. Медленно она поднималась и опускалась, поглощая дар крови и тел. Тысячи глаз древнего демона смотрели в самую глубину души Джона. Он сделал это. Он привел Отца в этот несправедливый мир. Страх и невероятная красота поглощали полностью, не давая двинуться с места.
— Кто ты такой? — вскрикнул Джошуа у него за спиной.
Джон обернулся и увидел странного скрюченного, худого человека, одетого в перепачканную больничную пижаму. Холодные глаза, не способные моргать, смотрели сквозь них и будто не замечали чуда.
— Холодно, — произнес человек и схватил за плечо Джошуа.
Джошуа хотел ударить наглеца, но вдруг обмяк, пошатнулся и упал, прямо в объятия к Отцу.
— Кто ты такой?! Не трожь меня! — закричал лидер.
— Холодно, — произнес человек и коснулся Джона.
***
Ангел снова опоздал. Слишком долго он добирался сюда, пользуясь возможностями слабого смертного тела. Сверхновая, осветившая лес, уже угасала. Жгуты фиолетовой, алой и чёрной энергии, растянувшиеся на километры вокруг, теперь распадались на причудливые снежинки, поднимались и бесследно истлевали.