Возница понятливо кивнул и закрыл за мужчиной дверь.
– Вдоль, так вдоль... – криво усмехнувшись, протянул возница, звучным голосом, в котором явно ощущались стальные нотки, но Аллен уже этого не слышал.
Забравшись на козлы, мужчина лихо заломил шляпу на бок, поправил черную шелковую ленту на затылке, удерживающую иссиня-черные волосы и тронул поводья.
Кеб мягко неохотно сдвинулся с места гремя колесами по разбитой мостовой.
Большую часть пути девушка, вернее Эрика, Эрика Оуэн провела в беспамятстве и только когда ее вновь подняли на руки, вытаскивая из кеба, она с трудом приоткрыла глаза. Еще не совсем придя в себя, смутно понимая где она и кто она, девушка прерывисто выдохнула. Взгляд рассеянно скользнул по сероватой стене дома, не задерживаясь ни на чем.
В сознании толпились смутный, бессвязные тени, рвущие мозг на части, оглушающие шепотом криков... Пока все вдруг разом не окончилось. Закусив губу, девушка поморщилась.
– Аллен?.. – тихо уточнила она, смутно припоминая что-то.
– Будь добра, не дергайся. – проворчал мужчина, проходя в дверь одного из домов, любезно придерживаемую извозчиком. – Благодарю. – кивнув напоследок извозчику, коротко бросил он и скрылся в дверном проеме.
Закрыв дверь за парочкой, возница вновь забрался на козлы.
– О, не стоит благодарностей, – негромко проговорил возница, окинув задумчивым взглядом здание. – Совсем не стоит.
Криво усмехнувшись, мужчина тронул поводья и экипаж покатился дальше, громыхая колесами по мостовой.
– Скажи мне, Ёрик, быть или не быть?
Перефразированные слова из одноименной пьесы Уильяма Шекспира, по крайней мере, странно звучали в полной тишине, царившей в большой, роскошно меблированной комнате, главным украшением которой, сейчас, по мнению Мастера, было обезглавленное тело на полу.
Пачкая кровью, буквально, фонтанирующей из шеи, Баррингтон старший уже никогда и никого не сможет придать.
– А я скажу тебе, Ёрик, не быть. Не быть тебе больше предателем.
Мастер, едва ли не сочувствующе, взглянул на голову Баррингтона, которую держал в левой руке, и мрачная усмешка тронула губы.
Предатели должны быть казнены. Все до одного. Перед кончиной Баррингтон-старший успел многое рассказать. Теперь Мастер знал имена всех и каждого, кто посмел пойти против его воли.
А еще, он знал, кто, на самом деле стоит за всем этим.
Его рок, его злой гений. Тень, неотступно следующая за ним по пятам и никак не желающая оставить в покое.
– В даль, в даль, в даль. – негромкий, мелодичный напев странно успокаивал, позволял сосредоточиться, обдумать дальнейший план в приятной компании.
– В даль, на-всег-да.
В этот раз, в даль уйдет он, навсегда, оставив позади все то, что преследовало его столько времени, избавиться от того, кто портил ему кровь и мешал планам долгие годы.
– На-всег-да.
Пришло время избавляться от прошлого, каким бы оно не было. Выбросить из головы и из жизни тех, кто хоть как-то с ним связан и идти дальше, но сначала...
– Нужно убрать всех, кто знает об Ордене. – негромко произнес Мастер, обращаясь к стоящей позади него рыжеволосой женщине. – Всех и каждого и как можно скорее.
Коротко кивнув, женщина бесшумно покинула комнату, оставив Мастера наедине с тем, что когда-то было лордом Баррингтоном-старшим.
Небрежно бросив голову на пол, мужчина вытер руки о белоснежную салфетку, лежащую на столе, рядом с недоеденным ужином и неспешно направился к двери, перешагнув через мертвое тело.
И, если бы кто-нибудь из прислуги сейчас решил бы заглянуть в зал, где ужинал баронет и его гость, то они обнаружили бы два бездыханных тела, остывающих в отсветах затухающего камина.
Никчемный старик и дерзкий мальчишка, они думали, что без своих кукол он - Мастер не представляет угрозы. Как же они ошибались.
Нельзя недооценивать того, кто гениален в своем жестоком безумии.
Они недооценили и поплатились.
Теперь осталось лишь самое малое - разобраться с прошлым, никак не желающим отпускать его и тогда можно будет вздохнуть полной грудью. Но для этого.
– Никола должен умереть... – негромко, но четко произнес Мастер, с безопасного расстояния наблюдая за заревом пожара, пожирающим особняк баронета.
– Найди его, моя муза, пока я займусь доктором и остальными. – не оборачиваясь приказал он, зная, что его немногословная рыжеволосая спутница, как всегда стоит за его правим плечом. – Но будь осторожна, не приближайся слишком близко и не выдай себя. – предупредил он, неотрывно следя за тем, как на пожар сбегаются люди.