Мужчина прошелся по комнате, заложив руки за спину.
– Можешь верить, а можешь и нет, – безразлично пожал плечами Мастер, подходя к окну. – Но выбор у тебя невелик. Мой брат – фанатик, он уничтожит тебя сразу, после того, как убьет меня. Это, конечно, не мое дело, но все же, думаю, бывший инспектор Хилсвальд расстроится, а я бы не хотел его расстраивать.
Усмехнувшись, девушка только покачала головой, не сводя взгляда с огонька.
В какой-то мере она ему даже завидовала. Крохотная искра в океане мрака, но как болезненно она жалила тьму, безжалостно разгоняя ее. Какой силой должен был обладать этот огонек, какой отвагой обладать, чтобы безрассудно выступить против целой бездны мрака.
– Или ты убьешь меня, после того, как я исполню твою просьбу. Мой выбор невелик. – пожав плечами, он чуть прищурилась, прекрасно ощущая его за спиной. – Что я должна сделать? Огласи свою цену за, пока еще призрачную, награду.
– Может убью, а может и нет, – Мастер даже не взглянул на девушку, наблюдая за тем, как мерцают, крошечные, жалкие искры фонарей. – Ничего такого, просто в нужный момент позаботиться не о эфемерном благе остальных и высшей миссии, о которых тебе наплел мой брат, а о своей драгоценнейшей шкурке.
Закусив губу, девушка задумчиво покачала головой.
Если один брат с такой легкостью обманывал стоило ли так легко верить второму?
«А меня радует богатство выбора?» – невесело усмехнувшись, она опустила взгляд к подоконнику.
– Хорошо...
Эпилог
Картинка недавнего прошлого дрогнула, растворяясь в сознании с отвратительным звоном, точно в мозгу засел огромный комар.
На мосту она подписалась под сделкой с Мастером, подписалась своей кровью и неожиданным был не тот факт, что он выстрелил, а тот, что она жива.
Именно жива.
Скривившись, девушка с трудом сумела открыть глаза, чтобы тот час зажмуриться. Мучительно яркий свет слишком сильно бил в глаза.
Закусив губу, позволив зрению немного привыкнуть к освещению, девушка медленно осмотрелась. Взгляд скользнул по светлым стенам, на миг задержавшись на деревянном распятии, расположенном на стене, напротив ее постели. Стандартная палата госпиталя.
Вздохнув, Эрика осторожно провела ладонью по плечу, задержавшись на повязках.
С губ невольно сорвался хриплый смешок. Неужели Мастер промазал?
На мгновение прикрыв глаза, собираясь с силами, девушка осторожно села, стараясь не тревожить раненное плечо. На миг замерев, подождав, пока комната перестанет кружить, девушка вновь осмотрелась, остановив взгляд на столике. На нем лежала карминно-красная роза, на которой лежал небольшой клочок бумаги, а рядом с розой стоял маленький пузырек, наполовину наполненный голубоватой жидкостью.
Невольно приподняв бровь, девушка чуть помедлила и все же подсела ближе к столику, взяв в руки бумагу. Четкие завитки почерка показались смутно знакомыми.
«Милая Эрика, сожалею, что так вышло. Я целился в сердце, но промазал. Всему виною дождь. И, раз вы живы, примите от меня скромный подарок, небольшую компенсацию и залог вашего счастливого будущего.
Передайте инспектору мой пламенный привет, за это время он стал мне дорог и доставил массу удовольствия. С ним было забавно играть, но все когда-нибудь кончается. Скажите ему, что наша партия окончена. Это была занятная партия и мне не жаль, что она закончилась ничьей.
М»
Чуть нахмурившись, девушка несколько раз перечитала записку, не замечая, что все сильнее сжимает край бумаги. До боли закусив губу, Эрика осторожно взглянула на пузырек, точно не веря своим глазам, чувствуя, словно в горле застрял комок.
Осторожно взяв пузырек, она все же не сдержала улыбки. Рассеянной и дрожащей улыбки.
Вот оно – ее спасение.
Счастье придало сил. Уже более осмысленно осмотревшись, девушка заметила свою одежду, аккуратно сложенную на стуле. И если еще минутой до этого она едва ли могла встать, сейчас ей удалось даже переодеться, лишь порой замирая, чтобы унять нервную дрожь.
Свобода, наконец-то она будет свободна от всего этого!
Мечтательно улыбнувшись, девушка подхватила пузырек, убрав его в один из потайных карманчиков, куда отправилась и бумага.
Подняв взгляд к распятию на стене, Оуэн вновь покачала головой.
– Может ты все же и есть... – тихо прошептала она, подхватив розу и спешно вышла в коридор.
Где тут же наткнулась на Хилсвальда, как раз направлявшегося к ней.
Скептически приподняв бровь, Бэн смерил Эрику оценивающим взглядом и не смог сдержать довольной улыбки, но тут же поморщился от боли в разбитой губе.