Приступили к еде. Петруха не ел ничего — думал. Потом закурил. Повертев снова связкой ключей в руках, отцепил от нее один, самый большой, ключ. И протянул его Горохову. Сказал, улыбнувшись:
— Ну о чем базар? Заодно посмотришь, какие хоромы мы с братвой отгрохали — чисто для таких случаев. Все, замяли!
— Спасибо, — поблагодарил его бородач, — как сам-то?
— Разворачиваюсь помаленьку, — явно гордясь собой, ответил толстяк. — Ты помнишь, какая халупа тут раньше была? Все, как видишь, можно сделать, если руки и голова на месте. А ты Фонаря помнишь? Так он недавно, будучи бухим, разбился, дурень! Да чего говорить, новостей куча вообще… Вот моя визитка, возьми, Вадим, можешь сегодня позвонить мне на сотовый. Ну, мало ли чего — блядей там захочется или дури, я все это мигом устрою. Межгород понадобится — тоже звоните, не стесняйтесь. Я теперь многое себе могу позволить. На хату вас мой человек отвезет, Петюня. Тачка нужна? А бабки? Ну, ешьте, ешьте…
Артур мрачно ковырялся в своем блюде вилкой — жара и такие ненужные приключения, что выпали сегодня на их с Петровичем долю, выбили его из привычной колеи. В мыслях был полный сумбур, и анализировать ситуацию не хотелось. Он злился на себя за весь тот беспредел, что учинил в последнее время… Правда, ну как с цепи сорвался — совсем забыл про осторожность!.. Впрочем, бизнес с квартирами рано или поздно привел бы его к подобному кризису, завел бы в тупик. Вот это и произошло!.. Но все-таки Артур ел, не желая обидеть гороховского дружбана, хоть и без аппетита.
Петрович и толстяк еще долго вспоминали каких-то людей, делились осторожно новостями друг с другом. Спустя некоторое время приехал нескладный, худой Петюня, чтобы отвезти их на хату отдыхать. Вышли из пивбара, уселись в джип. Перед тем как им уехать, Петро спросил Вадима, что делать с красной «Нивой». Чехол с оружием был оттуда перетащен в джип, и Горохов пожал плечами:
— Она как бы крадена, «Нива»-то. Можешь хоть на запчасти разобрать, а можешь номера сменитъ да продать потом…
Простились и разъехались. Петюня отвез их в один из микрорайонов Серпухова, остановил джип у стандартного лома, рядом с районной библиотекой, и помог Вадиму нести чехол.
Открыли дверь в квартиру, вошли — конечно, не ожидая увидеть того, что предстало их взорам… Перегородка между двумя соседними квартирами на лестничной клетке была сломана. Получилась одна по-настоящему роскошно, со вкусом обставленная большая квартира. Артур профессиональным взглядом окинул эти хоромы, прикидывая в уме стоимость и самого помещения, и мебели, и во сколько обошелся евроремонт двух бывших скромных и обычных квартир.
— Здесь вот — туалет, здесь — ванная, там — кухня… — Петюня ходил по огромной квартире и показывал гостям, где что есть.
Артур разулся, спросил у Петюни, кто сюда может нагрянуть без предупреждения, — у кого, проще говоря, еще есть ключи?
— Да вообще-то только у Петро, — подумав, ответил Петюня. — Обычно он сам дает ключ кому надо. Я не очень-то в курсе… Ну, ладно, поеду дальше. Устраивайтесь. Если что, Петро мне скажет — ехать за вами или не ехать. Спокойной ночи!
— Ага, пока, — отозвался Горохов и запер за Петюней дверь.
— Пойду сразу душ приму! — Артур скинул с себя пропыленную и пропотевшую одежду, пошел в ванную и включил воду.
Петрович в это время проверял оружие, курил и ждал своей очереди мыться. Включил какой-то компакт-диск с надписью: «Релакс: шум океанских волн»… Звуки, поплывшие из четырех колонок сразу, были в самом деле такими приятными, что Вадим расслабился и как-то повеселел. Да и оружие в руках всегда бодрило его.
Артур в ванной намылил шампунем голову, стал ожесточенно промывать спутанные волосы. Сложен он был великолепно — настоящий атлет с рельефной мускулатурой живота, груди и прочих частей тела. Оплетенные венами бугры бицепсов привычно вздымались, когда он поднимал над головой руки. Сказывались годы занятий у личного тренера — знатока самых разных восточных единоборств. Правда, с недавнего времени Артур плюнул на все эти занятия, решив, что ему достаточно уже приобретенных знаний и навыков. Да и вообще, он все больше и больше замыкался в себе, становясь скрытным, мстительным и озлобленным. Что-то нехорошее зрело в душе, какое-то странное желание поиграть в кошки-мышки с судьбой…
Получив все, что, в принципе, хочет иметь любой нормальный мужчина, Артур, похоже, пресытился — сердце его словно превратилось в кусок льда. Беспричинные приступы ярости и даже бешенства овладевали им все чаще. А ведь и деньги немалые у него имелись, и женским вниманием он никогда не был обделен, и дела у него до недавних пор шли хорошо!