— Братик!
— А, Комачи.
Я повернулся, и Комачи меня обняла. Не так плохо быть старшим братом, когда она такая ласковая. Ха-ха, моя сестрёнка та-а-а-акая милая…
— Объятия после долгожданного воссоединения… Должно быть, это масса очков Комачи.
— Что это было? Мы что, в аэропорту Хитроу?
Сдаётся мне, иностранцы в аэропортах слишком много обнимаются.
Комачи вела себя очень нахально, так что я отодвинул её. Она лукаво ойкнула.
Сегодня по идее у неё выходной, но она была в своей школьной форме. Кстати, почему старшеклассницы всегда ходят в форме? Сегодня выходной, но здесь полно народу в форме. Может, так проще, не надо думать, что надеть.
Комачи расправила воротничок, слегка съехавший от прыжка на меня. Глядя на неё, я ощутил странную тревогу.
Точно. Все пришли сюда с кем-то, а она была одна, эту неправильность я и почувствовал.
— Ты одна пришла?
— Ага. Только для того, чтобы повидаться с тобой, братик. Это масса очков Комачи. — Но заметив мой недоверчивый взгляд, Комачи демонстративно прочистила горло. — Ну, на самом деле приглашать друзей, когда они так переживают насчёт предстоящих экзаменов, было бы немного неудобно.
Совершенно забыл, насколько она глупа. Но мы же говорим о Комачи. У неё тоже экзамены. И старшая школа Соубу для неё вариант номер один.
Ну, если хочешь просто прийти и посмотреть на школу, в которую собираешься поступать, фестиваль тут действительно может помочь. Но может и надавить на тебя. Вот только вряд ли она об этом задумывается.
Комачи беспокойно огляделась, словно что-то высматривая.
— А где Юи-сан и Юкино-сан?
— Юигахама, наверно, в классе. Где Юкиносита – понятия не имею.
— А ты почему не в классе, братик? Места не нашлось?
Так небрежно и так жестоко. И грубо. Есть у меня место. Стол и стул, специально для меня выделенные. Но поскольку мою парту реквизировали на время фестиваля, я стал бродягой. Скитальцем.
— …Блудной одинокой душе не нужна обитель.
— Вау, как круто. — Безразличным тоном заявила Комачи. — Так чем ты занят?
— Работаю…
Она ошеломлённо заморгала.
— Чем ты занят?
— Говорю же, работаю.
Какого чёрта переспрашивать? Не вынуждай меня писать тебе в табель замечание «Слушай, когда тебе говорят».
— Чем ты занят?
— У тебя что, пластинку заело? Не заставляй меня мыть тебе уши с мылом. Работаю я, серьёзно.
— Братик работает…
Взволнованно пробормотала Комачи, поняв наконец с третьего раза.
— Мой братик не может работать долго, обычно он сачкует, придумывает всякие смешные отговорки типа «ой, родители так беспокоятся о моих оценках» и просто уходит. Чтобы братик в самом деле работал… — Её глаза блеснули. — Ты не представляешь, как я счастлива… Но вообще-то это странно. Словно братик зашёл настолько далеко, что я и не знаю, как объяснить это сложное чувство.
Слушай, можно не смотреть на меня такими материнскими глазами? Это жутко смущает. Такими темпами братик перевернёт всё свою жизнь с ног на голову и начнёт жить исключительно ради блага семьи.
Стараясь избавиться от этого трогательного взгляда, я решил уточнить положение дел.
— Ну, понимаешь, я говорю работаю, но на самом деле это вроде мальчика на побегушках. С такой работой кто угодно справится.
— А, это логично.
Зараза, вот незачем было так кивать. Я горько усмехнулся.
— Знаю. Это и для меня логично.
Должно быть, я действительно выгляжу как подчинённый, если и Хаяма, и даже моя младшая сестра с этим согласны. Но не поймите меня неправильно, я думаю, мои глаза – это глаза подчинённого пиратов, грабителей, бандитов.
Мы с Комачи двинулись по коридору.
В этой толпе она отошла на несколько шагов, рассматривая выставки и форму учеников, явно удивлённая их энергичностью.
А потом впечатлённо вздохнула.
— …В старшей школе всё совсем по-другому, да?
— Ну, в средних школах фестивалей не проводят.
— Точно, точно. У нас только хоры состязаются.
От этих слов у меня в голове вспыхнули неприятные воспоминания.
Какого дьявола эти типы сразу решают, что кто-то не поёт? Пою я, чёрт бы вас побрал. Или что? Вы не знаете, как звучит мой голос, потому что никогда со мной не разговаривали? Вы после записи решили, что это голос привидения?
Комачи остановилась.
Преувеличенно потянулась, приложила руку ко лбу и вгляделась вдаль. Или мне так показалось, но она скрестила руки и задумалась.
— Пойду посмотрю тут всё. Увидимся, братик.
Не успев даже договорить, она сорвалась с места, помчалась к повороту коридора и взлетела по лестнице.
— Л-ладно…
Я вдруг остался один. И машинально ответил, даже понимая, что она уже не слышит. Девицы из другой школы, проходящие мимо, от удивления отпрыгнули на полметра.