В предрождественскую неделю бизнес у KFC всегда идёт хорошо. Вот и сейчас в очереди за праздничными заказами стояли несколько человек. Оно и понятно, удобное же место, рядом со станцией. Я отстоял очередь и без каких-либо проблем оформил заказ.
Всё, с делами покончено. Теперь можно и домой.
Я направился к ближайшему выходу. Через него шёл сплошной поток входящих и выходящих людей, так что автоматические двери вообще не закрывались. Потоки бродящих по первому этажу сталкивались с потоками идущих к эскалатору и сходящих с него, возникали заторы.
Оно и понятно, Рождество же, конец года. Всё надо сделать срочно, хех… Я взглянул на эскалатор.
И заметил среди спускающихся Юкино Юкиноситу. Мне стоило бы сразу ноги сделать, но они от удивления словно приросли к полу.
Она даже в такой толпе выделяется. Я ведь не высматривал её, но она сразу попалась мне на глаза.
Наверно, ходила закупаться в книжный, судя по фирменному пакету в руках.
Я стоял прямо на её пути. Ясен пень, она тоже меня увидела, на лице отразилось удивление. Наши взгляды встретились. Всё, теперь уже не сделаешь вид, что не заметил.
Я слегка ей кивнул. Юкиносита, сошедшая с эскалатора и направившаяся к выходу, тоже кивнула в ответ.
— Привет.
— …Добрый вечер.
Мой шаг остался неизменным, а Юкиносита шагала быстро, так что вышли мы одновременно.
На улице было полно людей, спешащих домой или по магазинам.
Недалеко от входа в глаза бросалась небольшая площадь. Не знаю уж, что тут происходит в полдень или в тёплое время года, но холодным дождливым вечером на ней никто не останавливался.
Зато почему-то остановились мы.
Юкиносита поправила пальто и шарф. Я машинально проделал то же самое.
В клубе, что ли, привычку эту приобрёл?.. Наверно, мне стоило промолчать, но слова сами сорвались с языка.
— По магазинам ходила?
— Да… Могу задать тебе тот же вопрос. Как ты здесь оказался в такое время? — холодно ответила она, не меняя выражения лица.
Ну да, я же и сегодня раньше из клуба ушёл. А значит, никак не должен был сейчас здесь оказаться. Вопрос напрашивается сам собой. Потому-то я и не хотел случайно с кем-нибудь встретиться. Но раз уж встретились, придётся отвечать.
Я потёр щёку, отворачиваясь.
— …Ну, это, дела у меня кое-какие.
Не мог же я сказать, в чём на самом деле причина. Так что ограничился общими и бессмысленными словами. Хотя лжи в них не было.
Юкиносита опустила глаза.
— Понятно… — тихо ответила она. А затем подняла голову. Губы её были прикушены, словно она сомневалась, сказать что-то или нет, устремлённые на меня глаза чуть вздрагивали.
— …Я знаю, что ты помогаешь Ишшики.
В её тихом голосе не было никакого напора. Казалось, что слова настолько хрупки, что от одного прикосновения готовы рассыпаться пылью, словно утренний иней. И потому от них веяло жутким холодом.
Вряд ли ей рассказала Юигахама. Думаю, Юкиносита сама обо всём догадалась. Должно быть, до сих пор она терпела, но, лично столкнувшись с моими подозрительными действиями, просто не могла не поднять эту тему.
— А-а, ну, так сложились обстоятельства…
Сколь бы ни были двусмысленны мои слова, правда от этого не изменится. А иначе я не могу, просто всё отрицать было бы глупо.
— Мог бы и не придумывать такую ложь.
Взгляд Юкиноситы был устремлён под ноги. Туда, где не было ничего, кроме холодного ветра. Должно быть, она имеет в виду мои слова насчёт Комачи.
— Я не врал. Это одна из причин, — мрачно пробормотал я.
— …Пожалуй. Да, ты не врал.
Юкиносита придержала волосы, раздуваемые холодным ветром.
И глядя на этот жест, я вспомнил один разговор.
Юкино Юкиносита никогда не врёт. Я упрямо верил в это и был сильно разочарован тем, что она не сказала правду.
Нет, разочаровался я не в ней. Я разочаровался в самом себе, возведшем её в идеал.
С другой стороны, а что сейчас? Сейчас я даже хуже, чем был тогда. Не говорить правду — это не ложь. Я проглотил этот обман и даже сам им воспользовался.
Я прибег к такому обману, который всегда отвергал. И потому чувствовал отвращение к самому себе. В результате в моих словах зазвучало раскаяние.
— …Извини, что занимаюсь этим сам по себе.
Юкиносита прикрыла глаза и слегка покачала головой.
— Я не против. Я не могу вмешиваться в твои дела, не говоря уже о том, чтобы оценивать их. Разве что…
Она остановилась. Её рука ещё сильнее сжала ремень висящей на плече сумки.
— Тебе нужно моё разрешение?
Юкиносита слегка наклонила голову, вопросительно глядя на меня прозрачными глазами. В её тихом голосе не было осуждения. И потому это было очень больно. В груди снова всё сдавило.