— Решила меня поработить?
— Что это значит?
Длинные волосы вились на концах, и Терри бесило, что в них путается расчёска.
— Это значит, что ты заставляешь меня выполнять все твои прихоти, а я не могу отказать.
— Ты просто меня любишь. Мама тоже не может отказать, если я прошу её о чём-то. Можешь заплести мне две косички?
— Попробую. Я раньше не заплетала девочек. Особенно, с такими длинными волосами.
— У тебя получится. А что такое стетоскоп?
— Это такая штука… слушать пациентам сердце и лёгкие.
— И, правда, можно что-то там услышать?
— Думаю, да.
— Я хочу себе стетоскоп. А что такое трансплантация?
— Детка, может, это мы будем спрашивать у мамы? Она врач, и на все твои вопросы сможет дать более подробный ответ.
— Хорошо. А что такое секс, ты тоже не знаешь?
Девушка замерла и нахмурилась. Она не знала, что возраст «почемучки» настолько невыносим. И почему она не спросит об этом кого-нибудь другого? Может, ей Линда сама ответит и на этот вопрос? Она наверняка уже дважды на него отвечала. Терри поняла, что она молчит, а Александра смотрит на неё в ожидании ответа.
— Не знаешь?
Терри аж вздрогнула:
— Эмм… не уверена, что…
— Ничего страшного, если ты тоже чего-то не знаешь. Моя мамочка знает всё.
— Да, я надеюсь.
— Вот вы где?! — Клара улыбнулась, когда увидела сидящих в детской девчонок. — Я вас потеряла. Пора спускаться и обедать, а потом мы с Алекс идём на выставку. Ты не забыла?
— Я помню. А мамочка пришла домой?
— Да, конечно. Она переоденется и присоединится к нам позже. Не отвлекай её пока. Идём, Терри, поможешь мне. Девушка кивнула и, подхватив на руки Алекс, направилась в столовую. Она решила, что любопытный ребёнок уже забыл о своих вопросах, и тоже почти успокоилась.
Терри помогла Кларе накрыть на стол, обняла Элвиса, который приехал домой. Он даже не похудел и выглядел так, будто не в больнице лежал, а отдыхал в Майами.
Линда спустилась как раз к середине обеда, когда все сидели за столом и доедали свои блюда.
За обедом не было только Джулиана, но о нём вообще никто не говорил. Будто он вовсе не являлся членом этой семьи.
Элвис восторженно рассказывал о том, как дважды победил Линду в шахматном поединке, Клара говорила об успехах Александры, а миссис Брэдли кивала, изредка улыбалась, но молчала, будучи сосредоточенной на еде. Даже больше на напитках, чем на еде. Терри тоже молчала. Она смотрела на Линду и поражалась тем, какая она…
Всегда разная.
Всегда поразительная.
Такая красивая, родная и любимая, но она была не в домашней одежде, чтобы к ней хотелось прижаться. Она была в чёрном платье с длинными рукавами и убранными назад волосами. Она была немного колючей, но какое-то тепло исходило от её взгляда, когда она смотрела на свою семью, и словно случайно, её глаза находили Терри, а улыбка касалась накрашенных вишнёвым губ.
— Мам! Расскажи нам с Терри, что такое трансплантация?
— Это пересадка тканей организма в другое место.
Девочка нахмурилась и перевела взгляд на Терри, в поисках поддержки:
— Зачем это делать и кто на такое способен?
— Нужно быть доктором, солнышко, чтобы делать это. Ради спасения.
— Ты тоже умеешь?
— Разумеется.
— Круто! А что такое секс?
Терри пила чай и, не успев распробовать его вкус, выплюнула обратно. У Линды из рук выпала вилка, но лицо осталось непроницательным. Элвис опустил голову и начал трястись от смеха, а Клара вообще решила, что пора убрать лишнюю посуду со стола, и быстро испарилась.
— Что, солнышко? Где ты об этом слышала?
— Я уже давно слышала. Об этом Джулиан говорил по телефону и выгнал меня в другую комнату. Сегодня я спросила у Терри, но… она тоже не знает.
Терренс покраснела, как лобстер в тарелке. Линда изогнула бровь и уставилась прямо на неё:
— Неужели?! Это правда, Терри?
— Ну… возможно, — огромных усилий стоило девушке, сказать это. Да и, вообще, в принципе, рот раскрыть.
Линда перевела взгляд на смеющегося сына, который практически сполз под стол от смеха.
— Посмотрю на вас двоих, когда у вас будут дети, — Линда адресовала это сыну и Терри, но реакция молодых людей была абсолютно разной. Если Элвис закатил глаза и продолжил наблюдать, как собирается выкрутиться его мама, Терри ощутила, как её сердце забилось быстрее.
— Ты скажешь мне, мамочка?
— Видишь ли, дорогая… всё очень непросто. Когда двое людей находят свою родственную душу, то есть друг друга, между ними происходит особая связь. Она нерушима и называется любовью. А взрослые люди… способны выражать эту любовь различными способами и один из них, как раз секс.
— На что это похоже?
— А у тебя самой есть варианты?
— На заботу друг о друге?
— Да, в какой-то степени. Алекс, только не говори своим друзьям то, о чём ты у меня спросила.
— Почему?
— Их родителям не особенно это понравится. Я могу на тебя положиться?
— Хорошо. Я буду хранить это в секрете.
Линда пригубила свой напиток и улыбнулась дочери. Она пила вино за обедом, и когда все вышли изо стола, женщина не сводила пристального взгляда с Терри.
Это продлилось недолго, так как звонок её телефона был важнее, и Линда быстро ушла в комнату, не попрощавшись и не сказав ни единого больше слова.
Клара уже собирала Алекс на выставку, Элвис планировал ехать на тренировку, а Терри…
Она не знала, что ей делать.
С одной стороны, было бы правильным, если бы она пошла домой. Не будет же она жить в доме Линды, а с другой стороны, ей безумно хотелось пойти и поговорить с ней ещё немного. Обнять её и сказать, чтобы она посмотрела в глаза. Так долго, как только сможет, до сбитого дыхания и до слабости в ногах.
Терри надеялась, что миссис Брэдли не злится на неё из-за неуместных вопросов дочери. Она не знала, с чего взялись эти мысли и почему Линда вообще на неё будет злиться из-за своего ребёнка? Так же Терри не понимала: хорошо или плохо, что она ощутила себя частью этой семьи?!
Девушку не покидало ощущение, что они так обедали всегда. Много раз до… и это немного пугало.
Терри подошла к двери кабинета, откуда доносился голос Линды, металлический и властный, словно она отчитывала кого-то.
Несмотря на то, что Терри не хотела мешать миссис Брэдли, её желание побыть рядом перевесило.
Девушка тихонько постучала в дверь и приоткрыла её:
— Можно?
— Проходи, — миссис Брэдли сразу же сбросила звонок и обошла свой стол, скрестив руки на груди, будто ждала каких-то объяснений.
— Простишь меня?
— За что?
— То, что было за обедом…
Линда рассмеялась:
— Забудь, если ты о моей дочери. Это ребёнок и неудобные вопросы в порядке вещей.
— Правда? Тогда… почему ты такая напряжённая? Ты резко ушла.
— Проблемы на работе. И кстати, перезвони своему брату, хорошо? Я устала ему объяснять, что твои органы в полном порядке, и я не планирую их продавать. Можешь позвонить ему с моего телефона, потом купишь новый.
— Мне не нужен новый. Приеду домой и возьму старый телефон Гласса. Прости, что он достаёт тебя, я поговорю с ним. — Линда вздохнула и отвернулась в сторону большого окна. Девушка нутром чувствовала, что есть ещё что-то. — Можешь рассказать мне?.. — Терри подошла ближе и мягко положила руки на талию Линды.
— Нечего рассказывать. Я собираюсь на встречу через пару часов, и мне нужно там быть с тобой.
— Со мной? Ты об этом не говорила.
— Говорю сейчас.
— Ладно, если это очень важно. Тогда, я съезжу в магазин и куплю себе что-нибудь.
— В этом нет необходимости, я уже купила тебе платье, — Линда прошлась по кабинету размашистым шагом и достала из шкафа чёрный пакет, протягивая его Терри. — Примерь. Надеюсь, что подойдёт.
— Спасибо… — девушка достала вишнёвое длинное платье и посмотрела на женщину, у который губы были почти такого же цвета.
— Что-то не так?
— Всё нормально. Просто я не привыкла, чтобы мне покупали такие дорогие вещи. К тому же, не особенно практичные.