– Не попробуешь – не узнаешь.
– Слишком дорога цена ошибки…
– Да невозможно что-то делать, не ошибаясь. И потом, знаешь, многое сглаживается любовью, участием. Порой доброе слово, ласка способно сделать гораздо больше, чем какие-то новомодные педагогические техники… Впрочем, я консерватор.
Вошла Анна с подносом. Чай в этом доме был хорош, но обещанный пирог с ежевикой оказался еще лучше. Я впилась в ароматный кусок так, словно неделю ничего не ела.
Мы провели за чаем не более четверти часа, когда в гостиной вновь послышались шаги, и на сцене появилось новое лицо – девушка моего возраста или чуть старше. На первый взгляд она была очень хороша собой: высокая, стройная, с блестящими темными волосами, яркими пухлыми губами, живым, интересным лицом. И в то же время, несмотря на вроде бы привлекательную внешность, было в ней что-то и отталкивающее. Может быть, излишняя резкость движений, какая-то нагловатая, высокомерная манера держаться. Да и черты лица, грубо чувственные, резкие, не были идеально правильными. Густые темные брови и особенно взгляд, быстрый, какой-то злобный, делали это лицо диковатым и не совсем приятным.
Я подумала, что такую девушку трудно было представить в столичной гостиной, она выглядела бы там неуместно, немного даже смешно. Зато я с легкостью могла бы вообразить ее в фургоне бродячих артистов или прибывшей с караваном купцов из далеких земель.
Страстность, внутренняя сила, природный эгоизм – вот что читалась в этом ярком, но не совсем приятном лице.
Одета она была очень просто: домашнее коричневое платье из грубой ткани, красная косынка на шее, никаких украшений. Впрочем, с ее фигурой можно было нарядиться хоть в мешок, и в нем бы она привлекала мужские взгляды.
Однако надо признать, при виде наставницы девушка расцвела самой искренней и радостной улыбкой. Лицо ее словно озарилось изнутри.
– Госпожа Адаманте! Вы ли это! Поверить не могу! Какая радость!
Моя спутница тоже явно была рада встрече, хотя и более сдержанно демонстрировала свои чувства.
– Как ты выросла, Диана… Стала настоящей красавицей. Хотя и раньше ты была, конечно, ярким ребенком. Но теперь тебе и на конкурс красоты можно податься.
Хозяйка дома отмахнулась.
– Разве вы можете предположить, чтобы я в чем-то таком была замешана?.. Да я и дня этой суеты не выдержу.
– Ну и славно. Значит, тебе она не нужна. Позволь представить тебе мою воспитанницу, Асю Терновую, – госпожа Адаманте повернулась в мою сторону. – Ася переживает сложный период… Я после объясню. Нам нужна твоя помощь, Диана.
Та уставилась на меня с нескрываемым любопытством.
Я опустила глаза.
– А по вам и не скажешь, – грубо сказала она. – Выглядите зашибись… Точно только со светского приема.
– Выставлять чувства напоказ – не лучшая стратегия, – покачала головой госпожа Адаманте. Сейчас она очень напоминала строгую гувернантку. Возможно, просто вошла в привычную роль. – К тому же ты, Диана, не больно проницательна.
– Может быть, – легко согласилась она. – Я не против помочь. А что надо-то?
– Мы просим разрешения остановиться на пару дней. Это возможно?
– Чего нет-то. Я же сколько раз говорила, мой дом – ваш дом. Могли бы и жить здесь, если б захотели.
– К сожалению, Диана, это слишком щедрое предложение, – вздохнула наставница. – Ты знаешь, я не могу его принять.
– Ну и зря, – хозяйка нетерпеливо передернула плечом. – В общем, располагайтесь. Рады видеть.
12. МЕТАМОРФОЗЫ
Мне отвели комнату на втором этаже – небольшую, но уютную. Узкая кровать была аккуратно заправлена разноцветным стеганым покрывалом, на полу лежали такие же цветастые коврики ручной работы, на окнах красовались занавески с какими-то жуткими, но милыми цветами. Я сама никогда не выбрала бы что-то подобное для оживления интерьера, но надо признать, здесь эти цветы смотрелись весьма органично. Старенький комод, покрытый местами облупившимся лаком, зеркало в деревянной раме, письменный стол с развалившимися ящиками, стул с шатающейся ножкой. Несмотря на откровенную скромность обстановки, мне комната показалась вполне комфортной. Куда более приятной, чем моя собственная спальня в доме Григория. Слишком уж все там дышало роскошью и комфортом, к которым я совсем не привыкла.