Нужно торопиться. У меня мало времени.
Я подхожу к дому госпожи Криппен и решительно стучу дверным молотком. Здесь определенно не доверяют электричеству.
– Кто там? – раздается спустя минуту скрипучий голос.
– Это Ася… Ася Терновая… Откройте, пожалуйста.
Видимо, госпожа Криппен не принадлежит к числу маниакально подозрительных пожилых леди, потому что я слышу звяканье цепочек, и дверь открывается. Передо мной предстает дама в наброшенном на плечи сером платке, с небрежно стянутыми в узел седыми волосами, и горящими от любопытства глазами.
В них нет безумия. Что бы ни говорили соседи. Госпожа Криппен выглядит абсолютно нормальной.
– Раньше вы не радовали меня своими визитами, милочка…
– Я сожалею. Вот решила исправить это досадное упущение.
Я быстро оглядываюсь. Холл выглядит старомодно, но вполне прилично. Заметно, что денег на обновление меблировки у хозяйки нет (или она просто подвержена старческому консерватизму и не желает ничего менять), однако полы натерты до блеска, и коврик у двери аккуратно вычищен.
– Чашечку чая?
– Благодарю. Однако будет лучше, если вы просто…
– Что просто?
– Просто выпустите меня через черный ход. Я хочу уйти.
– Как, уже?
– Да. Обещаю, я еще навещу вас, и мы побеседуем… полноценно. И выпьем столько чая, сколько вы захотите.
– За вами кто-то гонится?
– Еще нет, но думаю, вот-вот начнут.
Помедлив две секунды, госпожа Криппен кивает.
– Хорошо. Не смею вас задерживать.
– Спасибо. Это лучшее, что вы можете для меня сделать.
Я иду к двери на задний двор, но Криппен останавливает меня.
– Одну минуту, милочка. Кажется, я могу сделать для вас еще что-то.
– Что же? – от нетерпения я почти подпрыгиваю.
– У меня есть велосипед… Если для вас важна скорость…
– О, это отличная идея. Я буду вам бесконечно благодарна.
– Мне приятно сделать что-то для столь юной особы. Старики должны помогать молодым, у них все впереди.
Я порывисто обнимаю соседку.
– Пойдемте, дорогая. Не будем терять время.
На заднем дворе у Криппен разбит крошечный огород, а сложенное из серого камня строение, очевидно, используется как сарай. Оттуда она и выводит видавший виды велосипед – с большой корзиной для покупок на заднем сиденье и привязанным к рулю голубым бантом.
– Мой верный конь, Асенька. Надеюсь, он домчит вас, куда захотите.
– О, спасибо, спасибо вам еще раз. Я постараюсь вернуть его, как смогу.
– Не думайте об этом сейчас. Удачи.
Я киваю и сажусь на велосипед. Криппен открывает калитку. Мы больше не тратим время даром. Я выезжаю на соседнюю улицу – вернее, узкий проулок, предназначенный только для пешеходов да любителей велоспорта, что сейчас мне очень на руку.
И кручу педали. Вперед, Ася, вперед. Не оглядывайся.
4. ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ
Спали мы в разных комнатах, но ночью он приходил ко мне. Я знала, что означает тихий звук открывающейся двери – Григорий никогда не стучал, не находил нужным.
В широкой кровати, на лиловых простынях с сердечками, под розовым одеялом, ждала я его – ждала и трепетала. Тело плавилось под шелковым постельным бельем, изнемогала в экстатическом ужасе душа.
Григорий обычно начинал без слов, скупо и формально целовал в губы, в шею, проверял внизу, готова ли я, а поняв, что готова, принимался за дело. Он не любил терять время зря, даже в этом. Задирал подол кружевной ночной рубашки, ложился сверху и начинал методично двигаться – ровно, аккуратно, механически точно, ускоряясь к концу.