Он слегка отстранился, с хищной улыбкой полоснул взглядом по распростертому под ним обессиленному телу, потрепал по щеке, как хозяин дворовую суку и поднялся с постели.
— Ну все, — Лиам стоял в изголовье кровати и с любопытством меня рассматривал, на ходу материализуя для себя одежду, — она не жилец.
Наместник равнодушно пожал плечами, отошел в сторону, «оделся».
— И так долго выдержала. Выносливая.
Это они про меня? Я ничего не понимала. В голове стоял шум, гул, перед глазами все крутилось, двоилось, отзываясь тошнотой в организме.
— Пойдем выпьем? — предложил побратиму, не удостоив меня и взгляда.
— Да.
И они ушли, не оборачиваясь, оставив меня одну. Бросили, как использованную одноразовую вещь, которая уже выполнила свое предназначение. Я слышала их голоса и смех, затихающие в бесконечных коридорах, и постепенно приходила в себя.
Чертовски хотелось пить, так сильно, что на глазах выступали слезы, но желающие никто не спешил протянуть стакан с водой. Всем было на меня плевать. Отработанный материал, до которого никому нет дела.
Наваждение исчезло. Не было никакой комнаты, широкой кровати с шелковыми простынями. Ничего. Только цех, заваленный старым оборудованием, да жесткий пол, усыпанный битым стеклом, на котором лежала я, не в силах подняться. И уже не верилось, что это я кричала от удовольствия совсем недавно, пока два демона натягивали меня на свои члены, доводя до исступления. Страсть, сводящая с ума, растворилась, как будто ее и не было, растерзанное, опустошенное тело не слушалось, онемело, словно на нем не осталось ни единого живого места
Меня парализовало. Не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, из сорванного дикими криками горла больше не вырывалось ни звука. С каждым мигом становилось все холоднее, взгляд затягивала мутная пелена, и все больше накрывало апатией.
Быть за*баной насмерть двумя демонами? Глупее не придумаешь. Я бы непременно рассмеялась, да нет сил. Чертовски хотелось спать. И не хотелось просыпаться.
Глава 2
Пронзительный ветер завывал под потолком, дребезжа остатками битых окон, где-то что-то шелестело, издалека доносились звуки капающей воды. Мне не хотелось открывать глаза, потому что боялась оказаться в страшной реальности. Обманывать себя легче, приятнее. Я представляла лес, маленький домик на поляне, свежий утренний воздух и робкие трели иволги в ольшанике.
Но под потолком завывал ветер. Что-то шелестело. Эти звуки настойчиво рушили мои иллюзии, мою сказку, мое тайное убежище.
Прятаться бесполезно.
Я распахнула глаза.
Все тот же цех, исковерканное оборудование, сквозь мутные окна пробивался дневной свет.
Сколько я спала? Пару часов, или несколько суток?
Осторожно пошевелилась, ожидая боли в истерзанном теле. Но ее не было. Совершенно. Ни в одном месте. Разве что камешки и осколки под спиной, доставляли дискомфорт. Так странно. После того, что со мной вытворяли демоны на мне места живого не должно было остаться, а я чувствовала себя вполне сносно.
Аккуратно поднялась, пошевелила руками, ногами — все работало. Между ног основательно натерто, но не более того. На тебе синяки от несдержанности наместника и его побратима.
Но в целом жива, здорова, на удивление бодра и чертовски голодна.
Мне некогда размышлять о своем чудесном исцелении, надо выбираться отсюда. Бежать, куда глаза глядят, пока демоны не поняли, что к чему, и не добили посмевшую выжить мятежницу.
Поиски одежды результатов не дали. Она исчезла, растворилась от прикосновений демонов. Голой ходит по электростанции — затея гиблая, а если повезет и я отсюда выберусь, то в лесу придется не сладко. Нужно что-то придумать с одеждой.
В углу, среди кучи беспорядочно сваленного барахла нашла мешок. Обычный, серый, сшитый суровыми нитками из грубой серой ткани.