- Скорее, я сама себе препятствие, - грустно усмехнулась Анджела, чем вызвала тихий смешок своего учителя. Этот звук привлек её внимание намного больше, чем простые разговоры, и девушка наконец-то выглянула из недр своего глубокого капюшона, зачарованно уставившись на улыбающегося Хартмана, который зубами старался разорвать упаковку с ватой. И снова это состояние, когда она просто не может отвести взгляд, засматриваясь на мужчину, словно на произведение искусства, изучая узкое лицо и едва заметные рисунки татуировок, выглядывающие из-за воротника чёрной водолазки. Анджела опустила взгляд на себя и поняла, что сегодня надела точно такую же, и её сердце предательски ёкнуло, такие совпадения в пору романтическим кино-историям.
- Ну, с этим я поспорить пока что не могу, - хмыкнул он, смачивая кусок ваты в растворе. - Давай сюда руки, - присев на край стола, Энди без спроса перехватил тонкие ладони, укладывая их себе на колени и прижимая вату к счёсанной поверхности.
Анджела словно проснулась ото сна и вздрогнула от боли, попытавшись вырвать свою руку, но хватка Хартмана оказалась железной, и ей только оставалось прикусить губу, стерпливая противное жжение. Наблюдая за действиями мужчины, к ней пришло понимание, как же сильно её тянет на дно этого чёртова омута мыслей об учителе. Анджела не могла определить причину, по которой её так тянуло к Хартману, и это взрывало ей мозг. Она не находила в нём привлекательных для себя черт характера, более того, её раздражало, с каким нескрываемым удовольствием порой Хартман ловит на себе вожделенные и восторженные взгляды школьниц и молодых учительниц. А ещё эти приступы родительской паранойи, в моменты которых Энди сильно напоминает её собственного отца с его заботливыми причитаниями. Но стоило ей встретиться взглядом с этими ярко-голубыми глазами и увидеть его улыбку, услышать этот глубокий и бархатный голос, как все здравые мысли вылетали напрочь из головы, уступая место грешному и приятному. А математика из его уст... ммм, песня! Насколько приятно было думать о нём, изучать все линии его высокой фигуры и воспроизводить в памяти нюансы его интонаций, настолько же сильно Вебер выводил из себя сам факт наличия подобных размышлений. Грёзы об Энди мешали сосредоточиться, они стали занимать непозволительно много места в общем потоке мыслей. Это было недопустимо и пугающе. Этот мужчина принёс с собою хаос, нарушив устоявшийся порядок внутри её черепной коробки.
Энди же тщательно обработал каждую царапину и наклеил пластыри на кровавые следы, не удержавшись от слабости провести пальцем по мягкой ладошке, нервно сглотнув от ощущения шелковой кожи под своими мозолистыми пальцами. Это было странно, но сейчас он только больше убедился в своей идее всеми силами оградить Анджелу от бала.
- Вот так будет лучше, - улыбнулся он, наконец-то решившись посмотреть девушке в глаза, для себя с удивлением отмечая сочный зелёный оттенок в её радужке, переходящий в тёплый ореховый, а затем и в густой шоколадный ближе к зрачку. Раньше он твёрдо был уверен, что глаза девушки были полностью карими. И эта маленькая деталь, к собственному удивлению, привлекла его внимание. Девушка так же смотрела на него, молча изучая что-то в лице и взгляде, наблюдая, как вода редкими каплями капает с намокшей тёмной челки, скатываясь в уголок губ. Анджела неожиданно для себя подумала о том, какие эти губы должно быть горячие и мягкие, а потом вспыхнула румянцем, понимая, о чём позволила себе задуматься, и резко встала, оказываясь почти одного роста с мужчиной, который всё ещё продолжал сидеть на углу стола, только растерянно наблюдая за действиями девушки.
- Спасибо. Я тогда, пойду. У меня урок, - схватив свою мокрую тетрадь, Анджела сделала пару шагов к выходу, но потом замерла и вернулась обратно, всё-таки протягивая её Хартману. - Если Вам всё же удастся там что-то рассмотреть, я буду очень признательна. Если нет, то скажите сегодня на уроке, я перепишу снова, останусь после уроков, принесу когда скажете!
Энди растерянно перевёл взгляд на мокрую тетрадь, даже её обложка уже пропиталась чернилами, и всё же взял её из рук.
- Хорошо, - девушка слабо улыбнулась в ответ и резво направилась к выходу, Энди же не мог промолчать. - Анджела?
- Да, мистер Хартман? - остановившись в дверях, девушка поправила тяжёлую куртку, что так и норовила скатиться с её тонких плеч, не для такой хрупкой фигуры было таскать такие тяжёлые и объёмные вещи, но Энди прекрасно понимал, что девушке должно быть холодно в такую погоду.
- Ты идешь на бал завтра? - Хартман сам не понимал, зачем спрашивает, когда и сам знает ответ, но ему очень хотелось услышать, что Анджела передумала и решила остаться дома, а не тащиться на бесполезные танцы, но девушка не могла его так порадовать.