— Не помнишь… Почему? — Эдвард только пожал плечами.
— Может быть, я был слишком болен, и жар испанки сжёг все мои чёткие воспоминания. Я помню, когда был мальчишкой. Отчасти. Но не помню как заболел, и после… Этого словно не было в моей жизни. Может, оно и к лучшему. Розали отлично помнит себя человеком, да и Эммет тоже. У Элис напрочь отсутствуют какие-либо воспоминания, она помнит лишь момент, как пришла в себя в лесу, а Джаспер предпочитает не вспоминать своё прошлое. Оно лишь приносит ему боль. Никто не знает по каким причинам у кого-то остаются воспоминания, а у кого-то исчезают. Вероятно, нам надо знать лишь то, что осталось в памяти.
Произнесено это было с таким смирением, что у меня мурашки побежали по спине. Это было дико! Почему это происходило? Как яд мог выбирать какие воспоминания оставить, а какие выжечь? И почему, это вызывало только страх во мне?
— Это странно. Очень… — пробормотала я, стараясь привести полученную информацию к какому-то логическому выводу. Но это просто невозможно было выстроить в цепочку!
Эдвард тут же весело засмеялся, мягко погладив меня по голове, и притянул в свои объятия, целуя в макушку.
— Тебе не кажется странным, что я живу почти век, но ты видишь странным то, что я забыл многое из человеческого прошлого?! — его сарказм был насмешкой надо мной и всей ситуацией, но обидно мне совершенно не было. Потому что я понимала всю абсурдность.
— Именно! Это намного страннее того, что ты всё ещё не дряхлый старикашка! — теперь мы уже вдвоем посмеялись над сложившимся положением, и я почувствовала, как Каллен мягко переплетает наши пальцы. И только так стало заметно насколько он был бледный, ведь контраст нашей кожи не могли скрыть даже тёплые лампы.
— Удивительно. Нам впервые удалось поговорить без выяснения отношений, — тихо пробормотал он, и я только согласно хмыкнула.
— Видимо, я просто бываю слишком эмоциональной.
— Бывает, — согласился парень.
Но больше произносить что-то не очень хотелось. Я наслаждалась этим вечером, словно последним глотком кислорода. Хотя он мог быть таковым.
***
Энди хмурой тенью стоял в углу зала, наблюдая, как тот заполняется учениками. Чёртова администраторша решила сжить его со свету своим назначением. И это было даже забавно, учитывая, что ему было совершенно плевать как на должность, так и на каждого сосунка этой школы. Парень скривился. Не так. Почти на каждого — это очень важная поправка.
Зажав переносицу, Хартман тихо рыкнул. Звонок Ренне был… весьма строгим. Материнское тепло из её голоса испарилось, словно никогда там и не присутствовало, оставляя после себя только приказной тон и поведение непоколебимого военного. «Я очень разочарована в тебе. В конце семестра ты заберёшь документы Беллы, и вы оба вернётесь в Финикс. Это приказ ».
И с одной стороны это было логично: они оба провалились. И пусть Форкс не был заданием, но перед ними двумя стоял выбор: вампиры или клан. И они выбрали совершенно не то направление.
— Мистер Хартман! Вы тоже здесь? — голос Лорен Мелори ворвался в мыслительный процесс, заставляя мужчину слегка вздрогнуть и встретиться с восторженным взглядом ученицы. Приплыли. Он так старательно держался подальше ото всех, но его всё равно заметили. Хотя чему удивляться? Иногда влюблённые подростки способны разыскивать предмет своих грёз получше любых шпионов и следователей! Энди выдавил улыбку, осмотрев девушку, которая словно намеренно старалась свести руки вместе, чтобы её глубокое декольте стало ещё заметнее. Хотя куда больше? Вот-вот и её прелести окажутся в свободном полёте. Хартман нервно кашлянул, отводя взгляд от этого безобразия.
Нет, он любил девушек и все их формы. Был нормальным мужчиной с нормальными потребностями. И именно в этом была проблема! Потому что девушке стоявшей перед ним, даже семнадцать было с натяжкой, а загреметь по статье он уж точно никогда не мечтал.
— Да. Призван смотреть за порядком, мисс Мелори. А вам посоветовал бы прикрыться, воспаление лёгких вам сейчас не нужно, — небрежно бросил он, обходя её. Кто узнает, засмеет! Энди Хартман бежит от девушки с шикарным бюстом!
Ловко прошмыгнув в толпу учеников, выряженных в белое, Энди так или иначе возвышался над всеми за счёт своего роста, да и чёрный костюм с угольного цвета рубашкой очень выделяли его среди кипенных одеяний.