Эрик тут же закивал как китайский болванчик и кинулся прочь, оставляя их в полной тишине, которая нарушалась лишь тихими всхлипами. Энди тяжело вздохнул и повернулся к девушке. Анджела вся дрожала, обхватив себя руками, в её глазах стояли слезы, а покрасневшие губы с размазанной помадой вздрагивали каждое мгновение. Вот чёрт! Энди подошёл ближе, в последний момент успевая перехватить девушку, чтобы та не осела на землю.
— Стой-стой! Пойдём лучше в здание, ты вся дрожишь, — кутая девушку в свой пиджак, Хартман очень жалел сейчас о том, что проторчал на улице. И хотя внутри пиджак был сухим, риск, что он вскоре промокнет насквозь был. Анджела кивнула и доверчиво прижалась к его боку, словно брошенный котёнок, который ищет тепла. И Энди сейчас с готовностью его дал, приобняв хрупкие плечи.
— Изначально это было дурной затей — идти с этим парнем. Он придурок.
Они разместились в административном корпусе, и сейчас Хартман рылся по шкафам миссис Коуп в поисках салфеток и чего-нибудь ещё, что могло бы помочь. Слабый макияж на маленьком лице девушки потёк, оставляя чёрные разводы на побелевших щеках. И глядя на это, сердце сжималось. Анджела хранила молчание, только куталась в его пиджак и смотрела куда-то в пустоту, постоянно прикусывая губы.
— Держи, — наконец-то найдя коробку с салфетками, Энди сел рядом и протянул их девушке чуть ли не под самый нос. Он в общем и целом понятия не имел, как стоит себя вести в подобных ситуациях.
Тонким психологом Хартман отродясь не был, а девичьи слёзы, как и случаи домогательства, видел только по телевизору, поэтому сейчас ощущал себя словно неопытный девственник рядом с девушкой. Это было самое стрёмное чувство из всех возможных!
— Спасибо, — еле слышно хрипнула она, отворачиваясь и сморкаясь.
Хартман тут же тихо рассмеялся. Это выглядело дико мило, если забыть о причине такого состояния. Вебер боялась поднять взгляд на учителя, сжимая в пальцах салфетки. Шелест бумаги смешивался с редким потрескиванием, который издавал старый кондиционер в углу комнаты, нагоняющий тёплый воздух в помещение. В общем и целом всё в этой школе было из прошлого века, и только эти двое в новомодных одеждах словно сошли с телеэкрана. Идиотское сравнение, но Анджела без труда могла представить своего преподавателя в амплуа киноактера или ещё кого.
— Я даже не подозревала, что когда Эрик выпьет, его так понесёт. Он никогда не был таким…
— Анджела, — Энди вздохнул, неуверенно положив руку на плечо девушки, отмечая насколько маленьким то было. Возможно, он даже мог бы сломать его, приложи он усилие, но, конечно, такое не проверять Хартману мозгов хватило. — Иногда люди делают то, что просто хотят сделать, а не потому, что выпили лишнее, — его так и подмывало рассказать ей свидетелем какого разговора он стал накануне. Но так же Энди понимал, что это будет по-детски глупо. И зачем взваливать на девушку это знание, лучше добиться мести самостоятельно и наказать виновников. Кажется, Эрик больше всего ненавидел самого Хартмана. Особенно теперь, когда он оборвал все его планы. — Почему бы тебе не вернуться на танцы?
Девушка словно вздрогнула от пощёчины, резко посмотрев на мужчину с нескрываемой тревогой. И Энди до такой невыносимой степени захотелось её обнять и спрятать от всего! Но было нельзя. Его уж точно не так поймут.
— Нет! Я… я не вписываюсь. И вообще вы правы, это дурная затея.
Энди осмотрел девушку с ног до головы ещё раз и только снова убедился в её привлекательности. Взгляд предательски задержался на стройных ножках, и жестокое мужское либидо мгновенно представило насколько эти ножки могут быть нежными на ощупь. Мужчина тут же зажмуриться и мотнул головой, заставляя себя избавиться от подобных мыслей, что отправляли его разум весь вечер. Он не может позволить себе думать об Анджеле Вебер в таком ключе, хотя бы по той причине, что она была человеком, а он охотником! Их отношения априори будут под запретом!
— С чего ты взяла, Анджела? Ты прекрасно вписываешься как в этот праздник, так и в любой другой. Поверь мне, — встав, он небрежно спрятал руки в карманах и посмотрел на девушку сверху вниз, кивнув в сторону небольшого настенного зеркала. — Приводи себя в порядок, и пойдём утрем нос этим придуркам. Раз уж сегодня мы оба решили нарушить дресс-код, то надо ломать правила до конца! Соберись и покажи всем, кто такая мисс Вебер. Я подожду снаружи, — указав на дверь, Энди впервые позволил себе подмигнуть девушке. Сейчас она нуждалась в поддержке. И возможно только он один сможет помочь ей забыть о том ужасном инциденте, омрачившем бал. Сейчас в голове Энди звенела тревога, вопрошающая: «Что ты, мать твою, творишь?!» Но Энди мастерски её игнорировал, решив довериться собственному желанию помочь этой хрупкой девчонке. В конце концов очень скоро он исчезнет из Форкса, а воспоминания об её испорченном вечере не будут давать ему спать по ночам.