свидетелем. Моя потеря контроля вряд ли была приятным зрелищем, и перепугала я её тогда знатно. Доказательством было то, как сильно она вздрогнула от моего голоса и уставилась прямо в глаза. Я решила сохранять эту дистанцию для её же спокойствия. — Я… очень соболезную тебе. Всё это ужасно и… ты не должна была видеть весь этот кошмар. Быть частью этого, ты не заслуживаешь такой участи. Мне жаль, — опустив взгляд в пол, я действительно ощутила вину за то, что девушка была втянута в эту войну. Сомнений не было, убийство преподобного Вебера сделало его дочь чуть ли не самом главным связующим звеном между вампирами и охотниками. Как минимум потому, что она была моим другом. И я чувствовала себя виноватой в том, что позволила нам сблизиться. — Быть частью чего? Я удивлённо посмотрела на одноклассницу. Вот она — гений старшей школы Форкса, зрит в самую суть и подмечает факты лучше кого бы то ни было. Я тяжело вздохнула, понимая, что не раскрыв часть правды, докопаться до волнующий меня истины тоже будет невозможно. Чувство удручённости заставило меня поджать губы. — Я могу присесть? Разговор обещает быть долгим. Тень сомнения блеснула в тёмных глазах, но очень скоро я увидела, как Анджела подвинулась на диване, освобождая мне немного пространства с другого края. Это был большой шаг, видимо, жажда узнать правду была куда сильнее страха передо мной. Скинув куртку, в которой уже становилось душно, я смело присела на предоставленный край дивана, но тут же взвизгнула, когда мой зад провалился в образовавшуюся от явно активного использования этого атрибута мебели, углубление. Словно провалившись внутрь, я тут же вцепилась в подлокотник, представляя какой неуклюжей идиоткой должна была выглядеть со стороны. — Черт… — злоба на Энди, который умудрился арендовать такой древний дом начала проявляться всё более отчётливо, но слабый смешок сбоку заставил отвлечься. Анджела мягко улыбалась, смотря на мою оду идиотизму, и отчасти это позволило мне ощутить себя лучше. Если девушка хоть на грамм отвлечется от боли и страха это будет неплохим началом. Особенно если брать во внимание то, что ей предстоит узнать. — Да уж, Белла. Грация — понятие настолько от тебя далёкое, что о нём ты даже не слышала, — колко заметил Хартман, заходя в гостиную с двумя кружками горячего чая и протянул его нам. Раненная рука уже была небрежно замотана бинтом, но мужчина даже не поморщился от явно неприятных ощущений, когда сжимал кружку. — Иди к чёрту, Энди. Проблема не во мне, а в твоём древнем диване! — обиженно буркнула я, но кружку забрала, видя, с какой настороженностью за нами наблюдала Вебер. Анджела была очень осторожным человеком. — Имей хоть каплю совести, Свон. Этот диван тебе в дедушки годится. Ты оскорбляешь и ранишь его чувства! — Толерантность тебе не к лицу, Хартман. — Ну и пофиг. Такая маленькая перепалка заставила нас засмеяться, напоминая о том времени, когда мы ещё не утонули в проблемах по самые уши. Но даже это счастье испарилось со скоростью света, когда мы услышали тактичное покашливание, напоминающее о совершенно безрадостной ситуации. — Прости, Эндж. Мы… отвлеклись, — сразу нахмурилась я, ощущая очередной укол совести. — Энди. Я решила, что мы должны рассказать Анджеле то, что знаем сами. Она имеет право знать. От моих слов Хартман недовольно скривился, качая головой. — Нет, Белла. Мы не можем её втягивать в это дерьмо. Ты с ума сошла? — Энди не скрывал своего недовольства, вызванного моим решением. Законы, заставляющие охотников скрываться от людей настолько прочно были вбиты в нашу голову, что выдать себя для Энди казалось огромным преступлением. Даже несмотря на то, что он бежал из клана и уже не был его частью. Я же была настроена решительно: — Она уже в него втянута. Причём по самое не балуйся! — махнув рукой в сторону замершей девушки. — Эти монстры убили её отца и неизвестно как скоро решат подкрепиться матерью. Если Анджела будет знать всю историю, то сможет помочь нам в поисках. Анджела — это ключ, как ты не понимаешь? Глаза девушки широко распахнулись, пока она слушала эти речи. Казалось, что Анджела стала ещё бледнее, чем была минуту назад. — Подкрепиться? Что ты имеешь в виду, Белла? — Ох, отлично. Прекрасная работа, Белз, — саркастично выдал Хартман, всплеснув руками в мою сторону, словно аплодируя, и рухнул в скрипучее кресло, не скрывая своего раздражения. Я мысленно могла представить, как знак протеста неоном светится на его лбу, освещая всю комнату своим красным светом. Хмыкнув от такой фантазии, я повернулась к Анджеле, зная, что теперь охотник не будет мне припятствовать. Девушка была напряжёна и не отрывала взгляда от меня, ожидая объяснений. Как жаль, что они не будут для неё обнадеживающими. — Анджела, то, что я собираюсь тебе рассказать, может показаться странным и даже сущим бредом. Но в то же время, об этом никто не должен узнать, понимаешь? То, что произошло с твоей семьей не сможет расследовать полиция или даже ФБР. И если ты не хочешь загреметь в психушку, тебе придется держать это от них в тайне, — начала я, удерживая взгляд девушки. Вебер прерывисто выдохнула, но не сказала и слова. Она терпеливо ждала продолжения, заставляя моё сердце испуганно забиться. Если я выдам все тайны сейчас, Предводитель точно никогда меня не примет и не оправдает. Но это была единственная возможность найти ответы на вопросы. — В нашем мире не всё так, как ты привыкла видеть. Да, бывают плохие люди: преступники, лгуны и конченные сволочи. Но не только они несут зло и сеют разруху. В этом мире есть существа, существование которых объяснить просто невозможно. Они сильны, быстры, неуязвимы и бессмертны, — огонёк шока скользнул в тёмной радужке её глаз, и я сделала паузу, чтобы дать ей время переварить тот грамм информации, что озвучила. — Вы называете их вампирами. — Неизвестно, что их породило, и когда это началось. Но их вирус отравляет людей на протяжении многих тысячелетий, заставляя их становиться монстрами, — включился в разговор Энди, его поза в кресле была абсолютно расслаблена, но по тому, как заходились жилы под кожей, я могла вычислить его напряжение. Хартман явно боялся реакции девушки на наш рассказ. — И вы вампиры? — голос Анджелы дрогнул, но по лицу любой мог понять, что та что-то вспомнила, явно не самое лучшее. Конечно, Анджела была свидетелем многих странных вещей: будь то я или Энди — она должна была заметить странности, учитывая её удивительную внимательность. А ещё факт нашей дружбы мог только подтверждать все эти косвенные подозрения. Хриплый смех Энди удивил нас обеих. Друг устало спрятал лицо в широкой ладони, хихикая, как полный придурок, что вызвало у меня жгучее желание отвесить ему подзатыльник. — Прости. Нет, нет, Анджела, мы не вампиры. Мы наоборот, — утирая несуществующие выступившие слёзы, Энди посмотрел на девушку из-под растрёпанной чёлки. — А кто тогда? Я видела Беллу, ты… ты почти убила тех парней в переулке, твои глаза… — я нервно сглотнула, понимая, как много всего девушка смогла разглядеть. И если Предводитель узнает, он непременно решит избавиться от неё, во имя сохранения тайны нашего существования. — А потом Вы. Никто не способен так легко взобраться на крышу дома. А для Вас это было так же просто, как дышать. Мы переглянулись с Энди. Понимание, что всё хуже, чем мы думали, тугими кольцами стягивало глотку. — Мы охотники, — спокойно вздохнул Хартман, заставляя девушку нахмуриться пуще прежнего. — И что это значит? Я спокойно пожала плечами: — Мы охотимся на вампиров. — Те, кто был у тебя дома и напал на семью, и есть вампиры. Я ощутил их запах сразу, как мы подъехали к дому. Поэтому я не хотел тебя отпускать. Был риск, что они всё ещё были внутри, — нахмурился мужчина, склоняясь вперёд, словно старался быть ближе. Руки напряжённо сжались в замок, переплетая пальцы, когда Энди заметил, как снова вздрогнула Анджела при упоминании инцидента. — Вы чувствуете их запах? — Мы отличаемся от людей, — сразу подхватила я, зная, что нужно объяснить всю логику событий. — Мы ощущаем вампиров на расстоянии и способны убить их. Тот клинок, который ты нашла — это особый сплав. Только он может проткнуть их тело. — А осиновый кол — это миф, значит, — заключила Вебер. — Чушь собачья. Вампирское тело словно камень, — признался Хартман. — Оторвать от него голову — весьма проблематично занятие. От его слов брови Анджелы взметнулись вверх в недоумении. — Придурок, давай без подробностей? Ей и без того хреново, — упрекнула я, шлёпнув мужчину по рукам и осторожно забирая опустевшую кружку из рук Анджелы. Девушка не сопротивлялась. — Эти существа кардинально отличаются от того, что изображает человечество в кино или книгах. И случай с твоей семьёй слишком отличается от того, с чем мы обычно сталкиваемся. Анджела сглотнула и на несколько секунд потупила взгляд. Её тонкие пальцы вцепились в плед с такой силой, словно это была единственная вещь, способная спасти её жизнь. — Моего отца убили вампиры? Вы же понимаете, как это звучит?.. Совершенно иррационально. Их не может быть… это противоестественно, — бормотала Анджела, потеряв былую сосредоточенность. Принять такую правду в сознательном возрасте было крайне тяжело. Я это понимала. Осмелившись коснуться колена девушки, я осторожно его сжала, привлекая внимание. — Я знаю, как это звучи