— Рада слышать твой голос, дорогой. Я не хотела тебе звонить, мешать. Ты выбрал свой путь, но… мне больше не к кому обратиться, — голос женщины надломился на последних словах, и у самого Энди сжалось сердце, потому что он боялся услышать новости.
Он знал законы клана, и знал, что когда-то Ренне преступила их, бунтуя подобно ему. В какой-то степени он находил в ней отражение себя самого, только много лет спустя. Но больше его волновало другое…
— Белла, она… — Энди едва устоял на ногах, схватившись за мотоцикл.
В прошлом они тренировались вместе, он сам помогал ей и, к собственному удивлению, сдружился очень хорошо с этой непоседливой девчонкой. Он помнил первый день, когда Ренне привела её в клан и рассказала всю правду о её силе и наследственности, про все возможности и обязанность сдерживать себя. Белла была напугана и в то же время упрямо сжимала свои кулачки, демонстрируя несломимость характера и нечеловеческое упрямство. Тогда всем казалось, что она слабое звено: полукровка, слабачка и грубиянка. Но на деле она показала себя самым трудолюбивым и искренним человеком. Может быть именно по этой причине Энди решил быть для неё старшим братом. И именно поэтому он срывал раз за разом все попытки вставить ей палки в колеса. Вся его жизнь с момента появления в ней Беллы обрела настоящий смысл!
— Нет. Нет, Ренне!
— Да успокойся ты, балбес, — хрипнула женщина в трубке и закашлялась сильнее. Энди замер, понимая, что слишком поторопил события. — На юге снова возобновились нападения, как двадцать лет назад. Я отправила Беллу к отцу, но я очень волнуюсь, Энди. Сейчас её силы могут достигать своего пика, что создаёт определённые риски, да чего говорить-то, ты и сам знаешь. — тяжелый вздох женщины резанул по ушам. — Я знала, что ты на севере, но не вмешивалась. Предводитель будет только рад, если она предоставит ему возможность обвинить себя в чем-то. Мне больше не к кому обратиться, Энди! Мальчик мой… только тебе Белла так же дорога, как и мне.
Этот звонок перечеркнул все прежние планы и выбил из головы все мысли о Виктории. Энди просто сел на свой байк и, наплевав на оставленные в мотеле вещи, сразу свернул на шоссе и взял курс на запад. Он обещал защищать её, и он сдержит слово. Белла не должна оставаться одна.
***
Сейчас, сидя в знакомой с детства старой закусочной вместе с Энди, я не могла поверить своим глазам. Мой друг изменился за эти два года: стал мужественнее и ещё выше, к тому же я более чем уверена, теперь на его теле могло красоваться на несколько татуировок больше. По правде говоря, я не очень одобряла такой способ самовыражения, но кем я была, чтобы указывать Энди как ему жить? Два года назад он просто исчез утром, никто не мог его найти, оно и неудивительно, ведь он был лучшим во всех направлениях при обучении, он был профи уже тогда, даже почти не побывав в бою. К слову будет сказано, что он был первым охотником, которого взяли на задание до достижения возраста двадцати лет! Тогда я очень ему завидовала, но сейчас, видя это уставшее лицо и грусть, застывшую на дне его голубых глаз — я понимала как наивно ошибалась.
— Моя малявка Белла выросла, — улыбался Энди, потрепав меня старым добрым жестом по волосам, я чувствовала, как его тёплые пальцы вплелись в мои кудри, вызывая табун мурашек по спине.
Сейчас мы ожидали наш заказ, так что могли просто поговорить и узнать друг о друге упущенное за эти пару лет.
— Где ты был? — мой вопрос заставил парня нахмуриться, и я увидела, как напряглись его плечи, Энди не любил болтать лишнего.
— Это неважно, малышка. Намного важнее, что сейчас я здесь и буду рядом пока ты не вернешься в Финикс.
Я непонимающе покачала головой. Это просто в голове не хотело укладываться, слишком много белых пятен для того, чтобы сложилась вся картина.
— Нет. Это важно, — упрямилась я. — Тебя не было два года! Тебя искали все, но ты исчез! Энди? Почему ты убежал тогда? — в своём голосе я не могла скрыть обиду и упрёк, он ведь всегда обещал быть рядом! — Когда ты исчез… мне было так тяжело, так… — я сглотнула и закрыла глаза, чувствуя, как меня ломает изнутри от воспоминаний.
— Прости, — скрипнул стул, и парень оказался рядом, поворачивая меня к себе и обнимая. Я уткнулась носом в его грудь, позволяя нескольким слезам вырваться наружу. Сердце разрывало на части от боли и облегчения одновременно, и я не могла оторваться от Энди, потому что только в его объятиях я могла успокоиться.
— Я думала, что ты погиб! Я… уже похоронила тебя!