Вот и настал день, когда вся школа узрела новую Анджелу Вебер. Как оказалось, ей было что показать: несмотря на свой миниатюрный рост, Анджела не выглядела коротышкой благодаря пропорционально сформированной фигуре, которая за последнюю пару лет приобрела округлые женственные очертания. Хотя уже ко второму уроку девушка начала сомневаться в своём решении сменить имидж. Такое внимание со стороны противоположного пола было ей в новинку и казалось почти дикостью. Какая к чёрту математика, когда ты чувствуешь себя так, будто находишься на предметном стекле под микроскопом?
Анджела прикусила щеку изнутри. Нервничать из-за повышенного мужского внимания - это не её история. Но пронзительный взгляд голубых глаз не оставлял ей выбора, продолжая обжигать и разгонять с неизвестной ранее скоростью кровь по венам. Обычно прохладные руки быстро потеплели и стали оставлять влажные следы на ручке, которую Анджела не переставала крутить в пальцах. Писать дальше было просто невозможно, чувствуя, как эти глаза изучающе скользят по чертам её лица и опускаются настолько низко, насколько позволяет парта. Учитель математики умудрялся без запинок объяснять новую тему и буравить взглядом девушку одновременно. Вот она истинная, но тщательно скрываемая, причина таких перемен. Анджела хотела, чтобы он наконец-то на неё посмотрел, заметил её, но она так этого боялась, что продолжала себе твердить, что это совсем не так и корень зла отнюдь не в этом прекрасном искусителе Энди Хартмане. К своему огромному сожалению, её теория нашла своё подтверждение: красивая обёртка привлекает внимание, никто не заинтересуется содержанием, начинкой, если упаковка так себе. Анджела сделала глубокий вдох и закрыла глаза, наклонив голову так, чтобы со стороны казалось, будто её взгляд сосредоточен в области тетради. На самом же деле, мозг Вебер в панике искал способ переключиться с этой цепочки мыслей на математику.
Нет и ещё раз нет. Это никак не вписывалось в её планы на жизнь. Никаких романтических увлечений, никаких парней и уж тем более мужчин! И это вовсе не из-за того, что она выросла в семье священника. Анджела считала вполне логичным желание сосредоточиться на учёбе и не заводить отношений до окончания обучения. Ведь отношения требуют внимания и времени, они путают мысли, отвлекают... и нередко становятся причиной эмоциональной нестабильности. Но сердцу не прикажешь, и Анджела с этим не спорила, однако не теряла надежды, что мозг её силе воли всё ещё подвластен.
***
Центральная площадь Union Station, Финикс, штат Аризона
Чёрный автомобиль остановился у здания Центрального железнодорожного вокзала Финикса. Шикарный Lexus IS слабо выделялся среди презентабельных автомобилей на юге, тонированные окна скрывали от лиц, проходящих мимо то, что было в салоне, а идеальная звукоизоляция поглощала каждый звук, словно проглатывая его в свои недра. Маленький мальчик, проходящий мимо с мороженным в руке, приподнялся на носочки, стараясь хоть что-то рассмотреть в таком загадочном окне, и не удержал мороженое в рожке. Пломбирный шарик, подтаявший от нестерпимой жары Аризоны шустро плюхнулся вниз, оставив на блестящей двери белый след. Мальчика вздрогнул и испуганно посмотрел на свое «преступление».
- Ник! Я долго буду тебя ждать?! Живо в машину! - строгая и уставшая мать стояла у двухдверной Хонды, ожидая своего непоседливого ребенка, который тут же сорвался с места с таким видом, словно сейчас этот её отклик был настоящим спасением.
Филл проследил за развернувшимся спектаклем и только тихо засмеялся.
- Забавный пацан. На Беллу похож, - прокомментировал он, однако хмурое лицо сидевшей по соседству Ренне не изменилось. Женщина всё так же взволнованно сжимала в пальцах бумагу с вызовом к Предводителю. Где-то глубоко в груди ужас начал пробираться липкими щупальцами к сердцу. - Ренне...
- Не надо, Филл, - твёрдо и предостерегающе произнесла женщина, быстро свернув листок и спрятав его в нагрудный карман рубашки, и стала искать что-то в бардачке. По её напряженной фигуре было легко прочитать волнение, даже панику, мужчина рядом только поджал губы и сжал руль чуть сильнее.
После своей неудачи на охоте, куда она сунулась, ослушавшись распоряжения не покидать город, Ренне получила приказ явиться в главный штаб. И это редко когда сулило что-то хорошее. Нога женщины всё ещё была затянута в фиксирующую повязку, заменявшую гипс, а на щеке пролегла пара швов, скрытых под тонким пластырем. В этот раз ей досталось куда больше, чем когда-либо. И вряд ли Предводитель погладит её сегодня по голове.