- Это комната Эдварда. Нам почти не нужен сон, так что можешь отдыхать.
Я удивлённо обернулась на голос женщины, наконец-то вспомнив, что здесь была не в одиночестве, а под острым наблюдением золотых глаз. Кровь прилила к щекам, а я тут же отложила виниловую пластинку, которую успела взять посмотреть. И даже её слова меня так не поразили, как уровень собственного стыда.
- Вы не спите? Мне... спасибо, но мне всё равно надо вернуться домой. Чарли, мой отец, будет волноваться.
Вид Эсми, всё ещё стоявшей поодаль от меня стал обеспокоенным, едва заметная морщинка пролегла между её бровей.
- Белла, не думаю, что сейчас тебе будет безопасно возвращаться домой. Но ты можешь позвонить отцу и сказать, что остаешься у нас. Если он будет в курсе, то не станет волноваться, - я проследила за взглядом женщины и поняла, насколько покрыты царапинами мои руки. Да уж, без вопросов от отца точно не обойдёшься. А что ему говорить относительно этих травм я ещё не придумала.
- Если ты скажешь Чарли, что останешься у меня на ночёвку, так как я предложила тебе помочь с тригонометрией, то всё оправдается и он поверит. Как и в то, что я ездила с тобой за покупками в Порт-Анджелес. Не стоит переживать. Тебе лучше отдохнуть здесь, - в комнате появилась Элис с подносом, на котором ароматно пахли пирожные и горячий чай. - Я пару раз видела, как ты ешь что-то подобное, когда нервничаешь. Не бойся, Белла. У нас дома ты в безопасности, - пропела она, а я только благодарно улыбнулась, ощущая тот поток заботы и тепло настоящей семьи. С ума можно сойти, как это приятно, когда о тебе заботятся.
Элис тем временем оставила поднос на небольшом столике около кровати.
- Спасибо... Я правда... - запинаясь на каждом слове, я была готова разреветься и провалиться под землю от стыда. Усталость навалилась огромным грузом и ноги подкосились, заставив меня рухнуть на край кровати.
- Не стоит благодарности, дорогая, - Эсми снова наградила меня материнской улыбкой, а Элис оказалась рядом и быстро приобняла. Лишь на мгновение, но мне хватило, чтобы чувство металла в мышцах смешалось с теплом, зародившемся глубоко внутри.
- Поверь, ты поблагодаришь нас в будущем намного лучше. И это будут не слова. Отдыхай, - серебристый голос девушки ласкал слух, и её изящная холодная рука протянула мне мой мобильник, который я благополучно оставила в кармане разорванной куртки. Мне оставалось лишь принять окончательное решение.
Эсми и Элис скрылись, прикрыв за собой светлую дверь, а я осталась в комнате одна, начиная сейчас остро ощущать в ней знакомый аромат. Казалось, запах Эдварда поглощает меня с головой, словно я спрыгнула с обрыва в пучину. Смешанные чувства снова раскололи сознание на две стороны. Но сейчас у меня не было никаких сил что-либо с этим делать. Откинувшись на спину, я уставилась в высокий и светлый потолок, замечая на нём какие-то странные линии, скрытые за слоем краски. Они были почти незаметными, но чёткие тени, отбрасываемые от скудного света бра говорили о многом. Набирая номер отца, я поддалась странному велению, и залезла на кровать, встав на ней и потянулась к потолку, касаясь этого рисунка. Что бы это могло быть? Я могла только догадываться, что Эдвард мог здесь делать, но любопытство жгло посильнее любой боли от охотничьего инстинкта. Медленные гудки потянулись в трубке раздражающим звуком. Я нахмурилась и села обратно, прижав подушку к груди. Отец слишком долго не брал трубку, что было для него нетипично.
- Белла? Ты где? Уже поздно. Что-то случилось? - взволнованный голос отца не скрывал хрипоты, видимо он лишь снова задремал перед телевизором за очередным матчем-либо только вернулся домой. Вариантов масса, но всё же я чувствовала, что он действительно волнуется за меня. Совесть кольнула под рёбрами, и я виновато прикусила губу, понимая, что снова буду врать отцу. Я ненавидела себя за это.