— Смешно, просто смешно… Кто же вложил подобные фантазии в твою голову? Я-то считал тебя реалистом, Тераи.
— Ваироа проскользнул на борт вашего корабля после прибытия вашего отряда. У него был с собой детектор.
— В самом деле? Безотказный? Видишь ли, позволь объяснить тебе ситуацию. Нас попросили прихватить с собой пробы… из старинного взрывного кратера для научных исследований; конечно, они обладали известной остаточной радиоактивностью. Жаль, что ты у нас такой нервный, я бы все показал тебе, но теперь камешки на дне озера.
Встревоженный Иерн осознавал, как могут подобные обьяс-нения остановить карающую длань Федерации.
— Ты лжешь! — выдохнул он. — Ведь ты сам сказал мне об этом плутонии в самолете!
— Вот так! — Тераи поднял молотоподобный кулак. — И если ты, Карст, позволишь себе хоть одно слово лжи — я переломлю твой хребет об колено… если до того я не разобью твой жалкий череп и не вытряхну из него гнилые мозги. — Он гневно огляделся. — Ядерное оружие . Когда закончится война, я походатайствую, чтобы всю твою шайку залили бетоном в том самом блоке, в котором мы потопим всю эту мерзость.
— Нет! — яростно выкрикнула Роника. Она подняла руки. — Это не оружие, я клянусь.
Сочувствие смягчило тон Тераи.
— В ее голосе слышится искренность, — сказал он. — Что же вы тогда затеяли? Тайную энергостанцию? Вот глупость.
"Они зовут эту вещь Орионом, — подумал Иерн. — Но об этом он не мог говорить: Ронике будет больно, и притом — без малейшей пользы.
Впрочем, что мне до нее?"
— Я не имею права говорить, — она прерывисто вздохнула. — Могу только поклясться, что речь идет не о ядерном оружии. В противном случае, узнав об этом, я бы сама кричала на весь мир. Я клянусь в этом перед вами, Лоханнасо, памятью моего отца, достоинством моей матери, честью моей Ложи и народа.
"Похоже, она говорит искренне, — подумал Иерн. — Конечно, я не знаю ее, так почему я так уверен: просто не могу продстанить ее лгущей… но и разбирающей боеголовки тоже.
Так кто же она на самом деле? Жительница варварских краев? Она говорила, что живет на Ляске. Разве ее нельзя одурачить? Впрочем, едва ли. Речь и поведение свидетельствуют о первоклассном уме".
На лице Плика также был написан укор.
— Но ты собирала плутоний на востоке, — проговорил англеман.
Она отрывисто кивнула:
— Да, но ради добра, ядерная энергия веками пугала людей. Они отказываются представить, что она может служить миру, а не уничтожать.
— Это дракон Апокалипсиса, — выпалил Плик. Его взгляд пробежал по лицам, потом устремился в лесной мрак. — Неужели мы, именно мы, сошлись вместе только случайно?
Крякнув, он плотнее завернулся в ткань.
Разговор что-то пробудил в Иерне. Эта женщина, дочь лесов, говорила разумную вещь, а цивилизованный человек нес чепуху. Читая отчеты о прошлой войне, Иерн всегда сомневался в том, что маураи имели право затевать Энергетическую войну. Почему атом непременно должен сделаться оружием? Уцелевшие хроники свидетельствовали, что до Судного Дня старая Франция получала около половины своей энергии от атома, а старая Франция была последней страной, в которой люди были счастливы и процветали… И даже тянулись к звездам…
Кристаллизовалось решение. «Пока я не узнаю больше, не стану принимать чью-либо сторону. И все же весьма вероятное что Роника… в известной мере права». Он радовался, что ему не придется отрекаться от нее, и теплые волны окатывали душу.
Пронзительный хохот гагары пробежал над водой. Верхушки деревьев расставались с позаимствованными лучами.
Микли прочистил горло.
— Хорошо, признаюсь перед всеми в том, что вы и без того уже поняли, — сказал он. — Я переусердствовал. Я не намеревался искать здесь делящиеся вещества. Просто не сумел противостоять искушению и пригласил Ронику, чтобы она посмотрела, можно ли там их искать…
«Выходит, она занималась такими же делами на родном континенте, — подумал Иерн. Его влечение к ней чуть утихло. — От страха? Нет, не совсем…»
— Так чем же ты там занимался? — спросил Тераи.
— А ты? — парировал Микли.
— Сбором информации, в основном о тех кознях, которые вы затеваете в Юропе.
Роника овладела собой.
— Помолчите, — сказала она начальственным тоном. — К черту политику, скоро стемнеет. Ни у кого нет фонарика? Ну что ж, придется развести костер с помощью зажигалки Микли.
Северянин покопался в карманах.
— Похоже, я выронил ее, когда вверх тормашками вылетел из самолета.
— Черт.
— Остается назвать эту ситуацию насмешкой богов.
— Хорошо, — сказала Роника. — Давайте приготовимся к ночлегу, пока еще видны собственные руки.
— Что нам делать? — спросил Иерн.
Микли спрыгнул с бревна и отвесил Ронике подчеркнутый поклон.
— Предоставляю вам трибуну, леди, — объявил он.
Она взлетела вверх кошачьим движением и встала на фоне леса и потемневшего неба.
— Чтобы выжить, нужно иметь три вещи: воду, укрытие и огонь — в таком вот порядке, — объявила она. — Без огня нам не обойтись. Но придется подождать до утра, когда я сумею сделать сверло для разжигания костра.
Но здесь климат холодный, и лето уже кончается. Нам необходимо соорудить укрытие.
— А как насчет еды? — удивился Тераи.
— Она не столь уж необходима. Ты сможешь продержаться на чистом воздухе в течение месяца. Но я клятвенно обещаю добыть нам что-нибудь на обед еще до завтрашнего полудня.
— А не начать ли нам прямо с укрытия? — предложил Иерн.
Она удивила его ответом:
— Мы можем соорудить его за полчаса, даже менее того, но сперва следует уладить взаимоотношения. Наш отряд состоит из двух пар соперников и пары нейтральных лиц, попавших в чуждую всем нам страну.