И скрылся в кустах.
А до меня дошло, что вскоре тут, у переправы, будет не протолкнуться от тех, кто пришел за водой или ради утреннего туалета. Так что надо поспешить с уходом в иномирье. Бросив последний взгляд на покрывшийся капельками сока надрез на березовом стволе, я прошептал заклинание...
Глава 2
До моста я добрался через два дня, к вечеру.
Можно было и быстрее, но я не торопился. Топал себе по степи, любуясь огромным небом, слушал треск кузнечиков и пересвисты каких-то пичуг и раз за разом прокручивал в голове разговор с Арагорном.
Мастер-бог вряд ли врал. Не та ситуация, да и незачем ему. Следовательно, имеет смысл понять, что означают его слова о том, что мне нужно "стать самим собой". Конечно, Ара - еще тот юморист, но в серьезных вещах старается не прикалываться. Видимо, он просто не мог объяснить обыденным языком. Мне тоже никак не удавалось сформулировать, что же это - "быть самим собой".
Самим собой - это кем? Вообще - кто я?
Когда-то у меня было две жизни.
В одной - перспективный врач-психиатр, которому в ближайшие полгода светило назначение заведующим отделением. Коллеги считали меня приятным молодым человеком и хорошим специалистом.
Правда, порой упрекали в необщительности. Я не любил традиционные "корпоративы", слинивая с коллективных пьянок. Мне было на них скучно. Но, чтобы меня не считали "белой вороной", осторожно пустил слух о том, что имею проблемы с желудком, поэтому стараюсь пореже оказываться за праздничным столом. Поверили, даже стали засыпать советами по поводу лечения язвы и гастрита. Пожалуй, единственное, чем я удивлял наших сплетниц-кумушек из числа среднего медицинского персонала - это отсутствием романов на рабочем месте. В коллективе, в котором на одного мужчину приходится с десяток дам разных возрастов, а ночные дежурства провоцируют на интим, трудно не влипнуть в любовную интрижку. Вокруг меня крутилось несколько гламурных "сестричек", но с ними было скучно. Я упорно не поддавался на их призывы. Поэтому в клинике сначала ходили слухи о том, что я не интересуюсь женщинами, потом стали говорить, что я тайно женат...
Во всем виновата была вторая жизнь, в которой я был сначала ролевиком, потом - реконструктором. Там случались и романы, и гулянки, там я чувствовал себя настоящим человеком, хотя по ролевым традициям считался орком. Две-три крупных игры за лето, несколько кабинетных игр-лангедоков зимой, пару дней в неделю - тренировки, по выходным - очередная сессия в денжен. Компьютерные игры я не любил, они казались слишком бездушными и предсказуемым, мне нужны были живые партнеры.
Теперь началась третья жизнь. Снова орк, но теперь уже - почти настоящий. Перемещение в иномирье почему-то не особо удивило. Империя орков оказалась очень уютным местом. Здесь я мог не вести две жизни, врач и боец слились в одной...
Но стал ли я самим собой? Нет. Внутри я по-прежнему не орк, слишком много знаю и помню из человеческой жизни.
Так кто же я на самом деле? Доктор Александр Александрович? Боец-мечник с незатейливым именем СанСаныч? Или орк Мышкун, приемный сын лекарки Апа-Шэр из клана Белых Волков?
Я не знаю...
Но больше всего поразило то, как Маркиз умудрился меня узнать. Орочий тигиляй, конечно, похож на мой старый подкольчужник, но отличается и цветом, и длинной. И доспехов со щитом таких у меня никогда не было. Лицо - вообще ничего общего. СанСаныч, о котором я почему-то думал уже в третьем лице, конечно, не был писаным красавцем, но не таким же зеленомордым обезьяном. Фигура тоже изменилась...
Хотя Маркиз был без очков. Зрение у него никудышное, он из-за него и в армию не попал, так что вряд ли способен рассмотреть издалека черты лица. Но как он все-таки смог определить, что я - это я? Может быть, он - полуслепой, но упорно не надевающий на играх очки - умеет видеть то, что составляет суть человека? Вполне возможно. Человеческий организм - хитрая штука, умудряется компенсировать недостатки самым невероятным образом. По идее, с таким зрением Маркиз и фехтовать без очков не должен. Однако он - отменный мечник, на турнирах проигрывал мне только из-за тяжести и медлительности, но куда клинок летит - отслеживал прекрасно.
Так что же увидел Маркиз? Какую суть? Ответа на этот вопрос сейчас уже не узнать. Поэтому я в конце концов плюнул на все эти философские загадки. Тем более, что на горизонте показалась приземистая башня, намекавшая на то, что до переправы - считанные километры.
И действительно - невысокая каменная башня закрывала подход к мосту через Бальсу. Вторая такая же стояла на другом берегу. Вблизи их стены, как и сам мост, выглядели очень древними, чуть ли ни ровесниками того, лежащего в руинах, храма, в котором хаоситы собирались провести свой обряд. Но стиль архитектуры абсолютно другой, тяжеловесный и мрачный, словно строили не люди и, тем более, не эльфы, а горные тролли. И материал - большие гранитные блоки, которые тем троллям только и ворочать. Еще одна загадка этой древней земли...
Правда, сейчас никаких гигантов в округе не наблюдалось, да и охрана была скорее всего лишь "для порядка". Ворота, через которые нужно пройти, чтобы попасть на мост, казалось, не закрывались добрую сотню лет. Распахнутые створки перекосились и вросли в землю. Не снимали их, видимо, только из-за красоты. Старое дерево скрепляли бронзовые накладки, сделанные на удивление искусно, в металлических завитках угадывались переплетения стеблей и листьев, цветы и птицы...
Пока я любовался работой древних мастеров, из густой тени прохода в башне вышел молодой орк с алебардой в руках:
- Чего застрял, дед? Али магам доложить, что Башня тебя не пускает?
Я насторожился - не знаю, какое колдовство спрятано в старых камнях, но наверняка оно должно помочь отличить врага от друга. Поэтому я заспешил к парню:
- Привет, караульщик! Уж и посмотреть нельзя! Сколько раз тут бываю - все поражаюсь, как ловко скрепы сделаны!
- А! Что, нет такого в степи? - с гордостью ответил парень. - Да ты, видать, в городе Золотых Куполов не был, раз дивишься!
- Видел, да только истинное мастерство от погляда не истирается.
Мы вошли в проход под башней. Остальные охранники сидели в тени. При моем появлении они не удосужились даже подняться, лишь один, по виду - старший, лениво спросил:
- Откуда кочуешь, дед?
Я назвал городок у истоков Неры, на границе с землями гномов.
- Далековато... И как там сейчас?
- Как Нера от злых духов очистилась, так получше стало.
Охранник кивнул и потерял ко мне интерес. Видимо, мой вид вполне соответствовал его представлению о том, кто имеет право тут ходить. Я потопал дальше, но посредине моста не утерпел и остановился, любуясь видом.
Река тут сужалась, берега вздымались десятиметровыми откосами, вода внизу бурлила на перекатах - идеальное место и для моста, и для обороны. По крайней мере, вплавь, да под градом стрел не переберешься. Древние камни башен словно вырастали из обрывов. Такую красоту раньше я видел лишь на фентезийных картинках...
За мостом обнаружилась небольшая, вымощенная брусчаткой площадь, окруженная низкими каменными домиками с плоскими крышами. Дверь одного из них была распахнута, и пахло оттуда...
В общем, пахло так, что было понятно: там есть еда!
Обоняние не подвело меня, это оказалась таверна. Точнее, как говорят орки, шамница. От древнего слова "шамня" - еда. Кто-то рассказывал, что в городах есть еще "дыкницы", что-то вроде земных пивных. Но здесь кормили и, судя по запаху, кормили вкусно.
Кухонные ароматы притянули меня к широкому прилавку, отделявшему зал для посетителей от собственно поварни, где, стоя попами ко мне, у дровяной плиты возилась пара объемистых орчих. А вот хозяина заведения или продавца, или как еще тут может называться тот, кто готов пообщаться с клиентом, не наблюдалось. Решив подождать, я оперся спиной на прилавок и окинул взглядом помещение.