Со второй пачки пошло значительно быстрее. Борт быстро забился, образуя пологую оранжевую горку. Исходя из того, что нужно утеплить пять сотен квартир Саша решил, что на каждую нужно будет пачки четыре. Если брать с запасом, то шесть. Человек за раз мог утащить только одну. Слишком объемные они были, да и весили не так мало. Значит три тысячи ходок. На то чтобы добраться сюда им потребовалось полчаса. Пятьдесят человек. Тридцать часов. Черт.
Он устал считать уже на пятой сотне скинутых плит. Зато не холодно. Даже жарко. Разгоряченное физическими упражнениями тело должно было активно потеть. Саша это прекрасно помнил. Вот только он оставался абсолютно сух. Не задумываясь с чего бы это ему такое везение Александр продолжал работу.
Груда пачек уже возвышалась высоко над бортом. Люди не успевали оттаскивать их к домам. Но едва он подумал, что пора заканчивать и начинать носить донесся гул двигателя. Воистину спасительного в этой ситуации. Не сдержав любопытства Сухов забрался по блокам на самый верх. Огромный составной КАМАЗ многотонник, тремя прицепами, красовался своими зелеными бортами назло всем ветрам и снегу.
Перекидывать через борт контейнеровоза блоки к пирсу не вышло. Легче уж дотащить их в обход. Но работа все равно значительно ускорилась. За тем лишь исключением что остальным шести домам так же требовалась помощь. Холода затронули всех.
Грузовик делал ходки одну за другой, практически не останавливаясь. Пеноблоки таяли с такой скоростью что Саше даже потребовался помощник. Вдвоем с Орином они сумели скинуть больше половины борта сухогруза за восемь часов. Под конец смены Александр с огромным трудом чувствовал свои руки и ноги. И дело было даже не в холоде, а в катастрофической усталости.
Скатившись с борта баржи на мягкую кучу набросанного строительного материала, он доковылял до КАМАЗов. С благодарностью принял постороннюю помощь и сел на край платформы грузовика. Иначе как везением то что старая техника умудрялась работать в такой мороз ситуацию было не объяснить. Подъехав к «своему» экодому Саша попробовал спрыгнуть в снег, но получилось только свалиться. Несколько крепких рук тут же затащили его внутрь и положили к таким же отдыхающим. Александр вдохнул теплый воздух и мгновенно уснул.
Пробуждение оказалось шумным. По всему дому стучали молотки и дребезжали дрели. Подняв голову, он огляделся. Судя по штабелям людей, усталость свалила не только его. Температура существенно поднялась. И дело было не только в том, что он лежал в теплой зимней куртке вплотную прижатый к другим одетым работникам. Сам воздух был ощутимо горячее.
– Как успехи? – спросил Сухов у пробегающего мальчонки с банкой гвоздей в руках. Мальчик, лет восьми, лишь кивнул ничего не ответив. Кажется, Древнев и в самом деле по максимуму использовал детский труд, но им это пока было не в тягость. Что же, они в тепле и достатке, значит все будет в порядке.
– Как ты? – спросил приятный женский голос откуда-то сбоку. Саша оглянулся и увидел сидящую неподалеку Кэт. Девушка, судя по снегу на плечах, только недавно вернувшаяся в дом, отогревалась горячим чаем. Пахло мятой и кажется елью.
– Хорошо, уже отдохнул, – слукавив ответил Александр и попробовал встать. Ноги горели от боли. Казалось еще чуть-чуть и они отваляться, – Катерина отвернулась, сделав вид, что не заметила слабости напарника, – как там на улице?
– Холодно. Народ быстрыми перебежками последний грузовик разгружает, – ответила, морщась, женщина, – вот только не хватает панелей. Все что было перевезли уже.
– Так надо вернуться и новую кучу накидать, – с трудом садясь заявил Саша.
– Не надо, нечего уже возить. Вторая смена все что могла собрала. На сухогрузе теперь пусто.
– Ну отлично же? – не понял ее гримасы Сухов.
– Не хватает панелей. Их внутри нужно в два слоя класть, а хватило только на один. На всех поровну разделили.
– Ну так что поделать? Или ты предлагаешь у кого-то утеплитель отобрать и отдельно его делать?
– Ничего я не предлагаю, просто говорю, – огрызнулась Катерина, – здесь хоть и тепло. А на верхних этажах температура до нуля упала. Если так дальше пойдет вода в трубах замерзнет.
Представив, что будет если полопаются трубы с геотермальным отоплением Саша грязно, выругался. Такого конечно допускать было нельзя. Вот только что поделать? Размяв мышцы на руках и ногах, он направился в шлюзовую. Там, на стене, висела схема здания. Древнев в не громко обсуждал с вымотавшимся Орином и несколькими гражданскими, что еще можно сделать с утеплением дома, но голоса были далеки от радостных.
– У нас просто нечем его еще укрепить, – говорил сапер, – материала не хватает. Можно попробовать разобрать стройку, которая за третьим кольцом обороны. Но на это уйдет очень много времени и сил. То, что нам так повезло с стройматериалами, уже чудо.
– Маловато получилось чудо, нужно еще шесть этажей в каждом доме утеплять, а нечем. Сейчас мы туда все шкафы стаскиваем, книги, – перечислял с надрывом Древнев, – еще немного и постельное будем в качестве утеплителя использовать.
– Да бестолку это, – отмахнулся с горечью Орин, – холод по перекрытиям идет. То, что смогли сделать, сделали. Нужно вводить смены, делать вылазки за ресурсами.
– Это и без тебя понятно, – угрюмо оборвал его майор, – у кого еще предложения будут?
– Слушайте, но выживали же эскимосы и буряты при минус пятидесяти сотни лет назад? – возмутился один из гражданских кутаясь в красную куртку, – Ездили на оленях, ловили тюленей. Выживали. И не было у них ни домов, ни обогрева, ни теплиц.
– Вы ничего не попутали? – улыбнулся Саша, – они же кочевыми племенами жили. По пять, максимум двадцать человек. А у нас двадцать тысяч!
– Погоди, Саш, – вдруг сказал Орин сильно задумавшись, – вообще он бред конечно несет, но рациональное зерно есть. У нас же прямо под боком есть почти бесконечный источник строительного материала. Делали же раньше дома из снега и льда.
– Нас двадцать тысяч, а ты что, предлагаешь переселиться из хоть мало-мальски, но отапливаемых зданий на мороз под снег? – удивился майор.
– Да нет же, не так грубо, – отмахнулся сапер, – лед тоже изолирующий материал. Конечно в разы хуже, чем дерево или те более пенопласт, но гораздо лучше, чем ничего. Нам только нужно возвести дополнительную стену вокруг каждого дома.
– Рехнулся? У нас тридцатиэтажные здания. Да мы полгода будем из снега станы лепить и то не закончим. А на таком морозе даже самые крепкие заболеют.
– Поэтому мы так делать не будем. Кто главный техник?
– Я, – отозвался гражданский напяливший поверх шапки капюшон. Учитывая, что в шлюзе была плюсовая температура выглядело это комично, но судя по мешкам под глазами мужчина давно не отдыхал. – Что нужно?
– Насосы канализационные, какую максимальную тягу они могут обеспечить?
– Ну, кубометр в минуту. Насосы хорошие. Только мы же наоборот перекрыли канализацию чтобы очищенную воду не тратить на слив?
– Нужно будет перекрыть все трубы в одном ответвлении и пустить по ним морскую воду наверх. У нас труба слива выходит за километр от берега. На глубине около двухсот метров. Там точно должна быть около нулевая температура. Градуса два, три. Но нам этого будет достаточно, – оживший Орин начал объяснять схему, которая при других обстоятельствах могла послужить причиной загреметь в дурку. Сейчас же все слушали очень внимательно, не перебивая человека, который, возможно, предлагал единственный способ спасения.
Уже через пятнадцать минут наверху заработала электросварка. Квартиры, из окон которых планировалось поливать стену освобождались от жильцов. Утеплительные панели переносились на внутренние стены. Пришлось временно свернуть систему орошения с теплиц. Убрать освещение. Только обогрев работал в пассивном режиме. А потом они начали делать самую большую ледяную горку в своей жизни.
По два человека на один шланг. По двадцать на один этаж. Вначале казалось, что ничего не выйдет. Вода замерзала на лету. Гора распадалась. Не хотела держать форму. Но потом что-то изменилось, температура повысилась и лед начал схватываться. Уже через час они достигли высоты в два метра. Через семь в шестнадцать. Несколько раз приходилось менять общую конструкцию. Делать поперечные балки. Ответвления.