– Аманда, ступай к парню, сейчас же! – выкрикнул мужчина и скрылся за поворотом.
Женщина зашла в указанную лабораторию и увидела того, кого не ожидала увидеть.
Аманда замерла на месте.
– Я не хотел. Это случайность. – Арон пытался связать слова воедино, но язык заплетался. Мысли кружились, пылали, и он то и дело видел перед собой побледневшее лицо Арии. – Я толкнул ее на эмоциях, она поскользнулась и ударилась головой. Что с ней теперь будет?
Куратор, нахмурившись, подошла к парню и пристально изучила черные узоры на его теле.
– А тебя не волнует, что будет с тобой?
– Думаю, со мной все и так ясно. Но вот почему в себя не пришла она? Не понимаю.
Молодой человек запустил пальцы в кучерявые волосы.
– Твои узоры… – Аманда продолжала внимательно рассматривать черные полосы. – Они не такие, как обычно. Не понимаю, почему Орлеан посчитал это за убийство, ведь ты сделал это не намеренно. Здесь что-то еще.
По спине парня пробежали мурашки. Он вдруг на несколько секунд задумался, словно что-то вспомнив, но образы тут же оборвались.
– Мне очень жаль, Арон. Я правда верила, что ты попадешь на светлую сторону. Кто мог подумать, что такая глупая случайность станет для тебя фатальной. – В глазах женщины плескалась грусть. – Пусть и случайность, но город дал тебе самый худший узор, который только может быть. Я вынуждена отослать тебя из Орлеана прямо сейчас.
– Знаете, за все свое существование я искренне полюбил только двух человек. И с обеими не сумел попрощаться.
Арон пусто, без единой эмоции, смотрел в стену, не веря в то, что происходит.
– Я помню о твоей мечте. А еще уверена, что у хороших людей мечты должны сбываться. Ты заслуживаешься хотя бы этого.
Аманда улыбнулась, направилась к двери и нажала на кнопку.
Арон недоуменно нахмурился, а затем двери распахнулись, и на пороге он увидел хрупкую девушку. Невысокая. Красивая. Они встретились взглядами, и оба застыли, смотря друг на друга глазами одинакового цвета.
– Не может быть… – прошептал он.
Лунна не шевелилась, изучая лицо молодого человека, преследующего ее в сновидениях. И чем дольше она смотрела на него, тем больше воспоминаний врывалось в голову.
Двенадцатилетняя девочка сидела в углу, плача и сжимая в пальцах мятое одеяло. С кухни доносились пьяные возгласы. Неожиданно дверь отворилась, и в комнату прошел Арон.
Парень кинул портфель на пол и тут же подбежал к сестре.
– Солнышко, что случилось? Они тебе что-то сделали?
– Нет. – Она горько всхлипнула. – Кажется, я умираю.
– Что ты такое говоришь? У тебя что-то болит?
– У меня болит живот, и еще… – Она расправила простыни, и Арон увидел на них красные пятна. – Что с этим делать?
Молодой человек шумно выдохнул и немного растерянно присел на пол.
– Я призналась маме, но она сказала, что стирать ничего не собирается, и чтобы я спала на грязном.
Арон злобно покосился в сторону двери, краем уха улавливая крики родителей.
«Вот же мразь», – пролетело в его мыслях.
– Лу, все хорошо, ты не умираешь. Иди сюда.
Арон крепко обнял девочку и поцеловал ее в макушку.
Он почувствовал себя крайне неловко, как почувствовал бы себя любой парень на его месте, но осознавал, что кроме него никто не поговорит с ней о произошедшем.
Следующий час был посвящен разговорам о женском половом созревании.
– Каждый месяц? Какой ужас, Арон! А у тебя тоже?
Парень рассмеялся, наматывая кудряшки девочки на палец.
– У мальчиков свои секреты. Быть может, когда-нибудь расскажу. Давай я постираю белье, а потом куплю все необходимое. Честно говоря, не знаю, что именно тебе понадобится, но, надеюсь, в магазине мне подскажут.
– Что бы я без тебя делала.
Девушка захлопнула ладонью рот. Слезы ручьем потекли из глаз. Всякая надежда на то, что однажды она увидит родного человека, давно улетучилась, а сейчас… Вот же он. Рядом. Так близко, так невероятно близко! Лунна порывисто сорвалась с места, и Арон шагнул вперед. Сестра нырнула ему в объятья, и он обнял ее так сильно, что заныли руки.
– Я не верю… – прорыдала Лу.
Сердце Арона сжалось. Он зажмурился, пытаясь совладать с эмоциями.
– Арон, нужно добавлять обезболивающие. Она самостоятельно не выдержит такую боль. Ты ведь понимаешь, что сейчас мы лишь облегчаем ее состояние. Лечению здесь уже нет места, как бы ужасно это ни звучало. – Доктор стоял с листочком напротив парня и что-то писал.