Молодой человек отстранился, ничего не ответив.
– Ладно, не хотите, как хотите! В общем, надеюсь, что вы все поняли! Передайте это тем, кто пропустил занятие. А теперь приступим к лекции. Сегодня я включу фильм, который сделал один из бывших учеников. Вы все замечательно помните, что на Земле у человека может возникнуть болезнь, которая приведет к его смерти. Кто знает, быть может, и из вас кто-то болел. Так вот, фильм о тяжело больной девушке. Она болела раком. Мне хотелось бы напомнить вам, что пусть в Орлеане нам не опасны подобные недуги, вы все равно должны ценить каждый момент жизни.
Он нажал кнопку пульта, и на экране включилась яркая картинка, где уже в первом кадре появилась юная девушка без волос. Она смотрела в камеру и плакала.
Лицо Арона побледнело. Он отвернулся от экрана и стиснул в кулаки пальцы. Сердце так больно сжалось, что перед глазами запрыгали черные пятна.
– Арон, вы почему не смотрите? – спросил преподаватель, но парень не обратил на него внимания.
Он попытался восстановить дыхание, часто заморгал. Паника подкралась так близко, что у него на лбу проступили бисерины пота.
– Арон, вы издеваетесь сегодня надо мной?
Ария потянулась к парню, поняв, что с ним что-то не так. Его вид сильно испугал ее.
– Арон? – шепнула она. Он посмотрел на нее и застыл, казалось, на целую вечность! А затем заторможенно повернулся к преподавателю и отрезал:
– Простите. Задумался.
– Задумался? Сосредоточьтесь на фильме, будьте добры.
Арон послушно уставился на экран, но как только незнакомка начала свой рассказ, в его душе словно что-то перевернулось, сломалось.
Он резко подскочил с места и как пуля вылетел из помещения.
– Да что с ним?
Фабио тоже встал и хотел было выйти за другом, но преподаватель остановил его:
– Сядьте, Фабио! Никто сейчас не выйдет из этой аудитории! Смотрим фильм.
Тем временем Арон вырвался в коридор и почувствовал, как затряслись руки. Он пытался дойти до уборной, но ноги заплетались, а тело сотрясала дрожь. Арон облокотился о стену и скатился по ней, крепко зажмурив глаза.
– Я устала сдавать анализы, Арон. Сколько можно? – Девушка поправила густую копну кучерявых волос и надула губы. – У меня просто гемоглобин понизился, а ты заставил меня пройти столько тестов.
– Лу, не веди себя, как ребенок. Ты же понимаешь, что за здоровьем нужно следить. Твое здоровье очень важно для меня.
– И поэтому ты слил последние деньги на кучу ненужных анализов?
– Лунна Ариас, пройдите, пожалуйста, – послышался голос доктора из кабинета.
– Пошли! – Арон взял сестру за руку и потащил за собой.
Они сели напротив доктора и внимательно наблюдали, как тот пересматривает бумажки.
– Пожалуйста, скажите ему, что у меня понижен чертов гемоглобин! Арон уже все нервы мне вытрепал.
Мужчина отложил бумаги и как-то встревоженно взглянул на молодых людей.
– Мисс Ариас, мы назначили вам столько анализов, чтобы поставить точный диагноз и ни в коем случае не ошибиться. Скажите, со зрением не произошло никаких изменений?
Девушка напряглась.
– Эм… сложно сказать. Но скорее да, чем нет. Недавно в магазине я не могла разглядеть буквы на ценнике, хотя раньше хорошо их видела. Но я не придала этому значения.
– Стоило сказать нам, Лунна. – Он перевел серьезный взгляд на Арона, сердце которого колотилось, как сумасшедшее. – Простите за прямоту, но будет лучше, если я скажу как есть. У Лунны рак. Рак головного мозга с метастазами, которые начали распространяться и, скорее всего, ударят по зрению.
Одна секунда. Несколько слов. Мир будто бы рухнул. Арон в упор смотрел на врача, но не понимал ни слова. Ему внезапно показалось, что он очутился в ночном кошмаре! Что все это просто плохой сон! Он повернулся к сестре, но она даже не шевелилась. Так и сидела с невозмутимым выражением лица.
– Но ведь лечение есть? Это же лечится, верно? – наконец очнулся парень.
– Лунна, я понимаю, что вам сейчас тяжело все это слушать, не могли бы вы подождать в коридоре? Вам принесут воды. Не нервничайте, все будет хорошо! А мы пока поговорим с вашим братом.
Девушка кивнула и поспешно вышла из кабинета.
Арон продолжал с надеждой смотреть на доктора.
– Арон, рак головного мозга не лечится. Тем более, у нее уже не начальная стадия. Если бы вы обратились раньше… возможно, мы бы попытались что-то сделать… Безусловно, мы назначим лечение, которое продлит ей жизнь и, будем надеяться, позволит сохранить ее зрение. Но на моей памяти на такой стадии не вылечился еще ни один человек.