– Сам не знаю. Я ночевал сегодня не у себя дома. Когда проснулся, увидел кучу сообщений от ребят, мол, Гойо с кем-то сильно подрался и по этой причине у него почти заполнился узор. Черным цветом.
– Что?!
– Что слышал.
– Но до этого он был белым! – На лице Тита показались явная растерянность и испуг.
– Фабио написал, что он кого-то чуть не убил…
Тит сморщился и откинул голову на сиденье.
– Не слишком ли странно будет для других, что он захотел увидеть именно меня?
– А тебя все еще беспокоит то, что люди о тебе подумают? После того, что я увидел в комнате…
– У нас ничего не было – мы просто допоздна смотрели фильмы. Не говори того, о чем не знаешь.
Арон остановился у своего дома.
– Не понимаю, зачем ты так все усложняешь. Ведешь себя, как кретин. Он пытается вернуться к тебе уже несколько месяцев, но ты воротишь нос, хоть и любишь его. Будьте уже вместе, черт возьми. К чему все это, Тит?
Молодой человек опустил глаза, тяжело вздыхая.
– К чему? Потому что это не бесконечно. Да, мне больно. Ему тоже. Но если мы сойдемся, то так или иначе придет время прощаться, а я этого не вынесу. Я не вынесу момента, когда нужно будет в последний раз посмотреть ему в глаза и осознать, что больше его не увижу.
– Ты не знаешь, что на других сторонах. Вы можете там встретиться.
– Я не верю в это, понимаешь? – выкрикнул Тит. – Я не верю в то, что на темной или светлой стороне мы все вновь встретимся. Это было бы слишком просто, не думаешь?
После этих слов Арон резко изменился в лице.
– Мир жесток. Он жесток на Земле, жесток в Орлеане и будет жесток там, – твердо сказал Тит. – Мы превратимся в пустоту в лучшем случае и уж точно не сможем скакать там по чертовым радугам в поисках своих родных. Протри глаза, Арон, и начни смотреть на вещи реально. Ты всегда был реалистом, откуда в тебе эта сказочная вера? Неужели у тебя есть кто-то на той стороне, кого ты хочешь увидеть настолько сильно?
– Нет, – отрезал он и выбрался из машины, гневно хлопнув дверью.
Тит вышел следом и направился за ним в дом. Как только они оказались внутри, навстречу им вышли Эстелла и Фабио.
– Наконец-то! – Эста кинулась к Арону и крепко обняла его. – Мы думали, с тобой что-то случилось! Где ты был?
Он приобнял ее в ответ, посмотрев через плечо девушки на озадаченное лицо Фабио.
– Телефон был отключен, поэтому увидел ваши сообщения только под утро, когда проснулся. Где он?
– В своей комнате, – ответил Фабио. – Нам не открывает. Думаю, что ему лучше бы поговорить с Титом.
– То есть вы все знаете? – осторожно произнес Тит, поглядев на ребят.
Они синхронно кивнули.
– Кто-то видел, как ты целуешься с Германом на одной из прошлых вечеринок, и вчера это стало главным обсуждением вечера. Там было несколько противников нетрадиционных отношений, и они начали рьяно поливать тебя грязью. Гойо заступился, и во время ссоры раскрылись и ваши отношения.
– То есть ты хочешь сказать, что он сейчас сидит там с почти завершенным узором из-за меня?
– Нет, я не это хочу сказать. Ты ведь не заставлял его лезть в драку, – ответил Фабио, скрестив руки на груди. – Но, так или иначе, ты сыграл свою роль. Он напуган и растерян, поэтому попытайся сделать хоть что-то.
Тит кивнул и направился в сторону нужной комнаты. Несколько раз постучав в дверь, Тит замялся, затем резко развернулся и рванул к выходу из дома.
– Эй! – выкрикнул Арон.
– Я к его окну. Ничего не спрашивайте, просто доверьтесь, – поспешно ответил он и скрылся из поля зрения.
Подойдя к окну Гойо, Тит воспользовался их тайным стуком со времен отношений: дважды медленно и громко, а затем три раза быстро и тихо. Порой Тит приходил к Гойо ночью и, чтобы не быть замеченным, подходил к окну и всегда использовал этот шифр.
Сквозь прозрачность шторы пробился силуэт юноши. Затем он распахнул окно. Молодой человек выглядел неважно: кровавые ссадины на лице, еще не до конца зажившие; из одежды на нем были лишь черные спортивные штаны; волосы растрепаны, будто он только что встал с постели.
Гойо открыл окно, и Тит залез внутрь. Заглянув парню в глаза, Тит медленно перевел взгляд на его руки – белые узоры еще оставались, но их было катастрофически мало, а черные, напротив, покрывали почти всю кожу руки. Осталось лишь два незаполненных места у предплечья. Тит с досадой вздохнул, подошел к парню и обнял его настолько крепко, насколько это было возможно. Гойо слегка наклонил голову и уткнулся носом ему в шею. Только в этих объятьях оба парня чувствовали себя максимально комфортно.
– Ты идиот, – произнес Тит, глядя в его светло-голубые глаза. – Зачем, Гойо? Зачем ты полез в эту драку?