Творец или любые Высшие Силы. Если Кармэн и впрямь прогневила вас — уничтожьте ее. Дети не виноваты…
Плачет блондинка, жалобно всхлипывает Элен. Молчит рыжая.
— Что еще может сказать несчастный ребенок — если его запугать до полусмерти? Только то, что от него хотят услышать. Или он думает, что хотят.
— Вы обвиняете во лжи короля?
Ей пора испугаться?
— Вы же обвиняете в заговоре принца, вашего гостя. И оскорбляете даму — дочь одного короля и племянницу другого. Что вам от ужаса пролепетала эта бедная девочка?
— Что ваш сын — заговорщик. Вместе с моим братом Валентайном и его дочерью Анжеликой, с которой у вашего Виктора преступная связь. Кстати, даже ее никто не записывал к нему в невесты.
Монахиню? О да, несомненно.
— И ваш брат тоже признался в заговоре? А его дочь — еще и в преступной связи?
— О, не сомневайтесь — признается. Если его семью поджарить заживо.
Его. Не Анжелику. Оговорился, не желает калечить красотку-племянницу, или она просто ускользнула из его когтей? Тогда — жаль, что не прихватила с собой и якобы любовника. Бросила расплачиваться за «преступную связь» в одиночку.
— Вы тоже признаетесь в чём угодно, если зажарить вас.
— Осторожнее, принцесса.
— Мне нечего терять. Вы убьете нас всех, если мне не поверите.
— Я могу убить вас всех и просто так. Я же король. И за мной стоит армия и церковь. А за вами — только ваша красота. Но она — и так моя, едва я того захочу.
Размечтался, подонок. Гуго тоже так считал.
— Тогда к чему обвинения в заговоре? И зачем мучить несчастную Элен?
— Хотя бы ради моего монаршего удовольствия, — светски улыбнулся он. — А, кроме того, заговор тоже имеет место быть. Даже если это и впрямь лишь глупая связь вашего сына с моей монашкой-племянницей.
Зачем Виктор вообще связался с этой монашкой-племяшкой?
— В Мэнде положена кара за прелюбодеяние? Кроме того, а что говорит об этом сама племянница? Ее ведь вы тоже пока не поджаривали, не так ли? И даже не послали к графине Анжелике лекаря? Вдруг она — всё еще монашка?
— Хватит болтать, Прекрасная не-монашка. Заговор есть. Кто в него входит на самом деле и в какой роли — я узнаю.
Хорошо бы и Кармэн — тоже. Союзники нужны как глоток воздуха в омуте. Потому что консервативный Валентайн — заговорщик за спиной Кармэн, с ее же сыном… Это даже не смешно.
— Вам нужна жизнь вашего любвеобильного отпрыска и заодно и этой никчемной дурочки? Для этого вам придется постараться, Кармэн. Очень постараться.
Испугал ежа голым задом.
— Отпустите девочку.
— Разумеется. Забирайте ее. Эй, ты! Можешь перебираться в комнату к приемной мамашке! Она всё равно интереснее тебя раз в тысячу. Всё же Драконы знают толк в бабах.
Хохочет, глядя девчушке вслед. Сзади.
Почему ты сама, дурища, до сих пор не объяснила Элените, что в таких случаях прикрываться — хуже всего? Рук — всего две. Да и ходить так неудобно. Не говоря уже о беге.
Рыдающая Элен рухнула в ее объятия. На подгибающихся ножках.
Что девочка ни в чём не виновата — будет время убедить ее потом. Пока же Кармэн сорвала багровую покрышку с ближайшего пуфа и закутала девочку. Жестом кавалера-спасителя.
Почему этого не сделал Виктор? Потому что ему простят меньше, чем красотке? Пусть и не первой молодости. И непозволительно тепло одетой.
Блондинка на алом ковре рыдает взахлеб. А рыжая потянулась к королевскому бокалу. И равнодушно отпила глоток. Тоже алого, чтоб ему!
Всё верно — она не просыхает. И в чём-то права.
Как и в том, что в такой ситуации рыдать и молить бесполезно.
Но все ли об этом вспомнят на ее месте? Когда речь пойдет именно об их единственной жизни?
— Вас не интересует, кого вы только что убили? — отсмеялся король.
Разве что собственную душу. И то — еще не успела.
— Видишь ли, Кармэн, моя религия имеет свои… особенности.
Похоже, себя «принцесса» убила тоже. Начал откровенничать — в живых точно не оставит. Ну что же — худо-бедно ведь пожила. Всем бы так — не считая финала.
— Их не зря — две. Одну к ночи придется пожертвовать моим лучшим друзьям.
И что-то подсказывает, что речь — не о собутыльниках. И даже не о личной гвардии — как у дядюшки Гуго.
— А Лаура до сих пор всегда выживала — вот незадача. Она даже в ратников играть умеет. И представляете — выигрывает. Вот так — спьяну и не одеваясь. Даже не верится, что мне ее доставили из монастыря. Рано или поздно я передумаю, но пока она развлекает меня довольно.
Значит, Элен предстояло умереть сегодня. Или ей, или невезучей блондинке. Знал ли Виктор?