— Погоди, ты хочешь бунт еще и в Мидантии⁈
Кажется, Алексис сморозил что-то не то… С ним такое бывает, но Юсти простит. Он еще не такие глупости воротил.
Слишком уж страшно. В самом жутком сне Алексис не пожелает судьбы семьи бедной Валерии собственным родным. Да, и даже воинственным братьям Констанции…
— Ну, я ведь не сказала: «с такими же жертвами». Лучше, если наши общие знакомые там вообще не победят — даже временно. Алексис, я хорошо знаю, кто они. Даже слишком хорошо. И я хочу, чтобы эту гнилую погань выжгли как паршивую плесень. Им всегда будет мало, Алексис. Они не остановятся, пока не возьмут всё. И раз потеряли Квирину — постараются любой ценой взять реванш в столь же крупной стране. А это — или Эвитан, или Мидантия. Я не знаю, за чьей спиной они стоят на твоей родине. Даже не знаю, мужчина это или женщину. Но этот кто-то ни за что не должен занять Пурпурный престол или оказаться от него слишком близко. Или его нужно очень быстро оттуда стащить — ради всех нас и не только нас.
2
Кто такой кардинал, бросивший свою паству? Очевидно, предатель. Но иначе предать предстояло собственный орден. Ибо у императора Адриана Третьего (троюродная родня убитого пять монархов назад Флавиана Второго) уже есть собственный кардинал. Леонардит. А Иннокентий и михаилиты объявлены предателями и подлежат немедленной казни на месте. Возможно — многоступенчатой. Вопреки воле Патриарха, но на него Квирина плевала еще при последнем Аврелиане. И при всех нынешних переменах эту милую привычку, похоже, решила сохранить.
Очевидно, Патриарха они «промыслят» себе собственного. Тоже леонардита.
Из какого заплесневелого погреба извлекли этого Адриана нынешнего? Кто за ним стоит и строчит резвые депеши? Да кто бы ни был — оставаться на смерть вместе с подчиненными Иннокентий не собирался. Нет смысла становиться мучеником ни за что. Просто по капризу очередного случайно власть предержащего. Коронованной чужой марионетки. Или ее кукловода.
Скорее всего, в случае отказа покинуть Сантэю Иннокентия всё равно увез бы силой Анри Тенмар. Генерал тоже неплохо умеет решать за других. Для их же блага. Но взять за такое ответственность лучше на себя. За себя и за орден.
До сих пор они все в горящей Квирине спасали людей. Мирных жителей. Теперь Иннокентий спасет собственных монахов, а Анри — армию. От надвигающихся легионов, что сначала будут пытать, рубить и вешать, а уже потом разговаривать. С теми, перед кем придется отчитаться. С жертвами побеседует уже Творец или Темный.
Но ощущение предательства не ушло всё равно. И вряд ли уже исчезнет. Хоть никакой паствы в разгромленной Сантэе больше и не осталось. Эвитанцы, бьёрнландцы и михаилиты уже вывели подальше всех мирных жителей, кто еще не успел удрать сам.
Им легионеров тоже лучше не дожидаться — на всякий случай. Кто знает, что новая власть приравняет к предательству и к измене родной стране?
И вот эту страну Иннокентий теперь и бросает. Ведь отвергла-то его не она, а лишь ее власть.
Но пока еще беглецы не пересекли границу. А здесь и сейчас — лишь тихая, скромная часовня. Ровный свет час назад зажженных свечей.
Только на глухой окраине некогда сильной империи такие настоящие церквушки и уцелели. Милостью Аврелиана Четвертого, солнечных черножрецов и восставшей многотысячной толпы озверевших рабов Сантэи.
Немногочисленная паства ждет кардинала-предателя. Впрочем, как раз их он предать не успел.
И не собирается.
— Я, Гай Сергий Тацит, беру тебя, Сильвия Юлия Лаэрон…
— Я, Марк Юлий Лаэрон, беру тебя, Валерия…
Первая пара — счастье и печаль одновременно. Влюбленные выжили, сохранили верность и любовь. И никогда, никогда Сильвии не стать матерью. Никакая молитва не в силах помочь. А уж из уст неверующего кардинала…
Вторая пара — обида и боль. Зачем выходит замуж Валерия Талес? Чтобы дать отца будущему ребенку? А Марку Лаэрону — шанс искупить грехи? Лучше бы и впрямь отпустили парня в орден. А Валерии помогла бы вырастить дитя бездетная сестра Марка. С радостью.
— Именем Творца Всеведущего и Милосердного объявляю вас…
А что теперь?
Да ничего. Аравинт теперь. Там тоже есть свой кардинал. Был. Если вечно голодная Мидантия не сожрала. Родина Иннокентия, чтоб ей.
Но пока другого кардинала (не предателя) нет рядом — пусть у действующей армии будет собственная церковь. Походная.
Даже Анри Тенмару лучше командовать верующей звериной стаей. А эти бешеные мясники когда-то тоже были людьми. Глядишь, вспомнят это — да еще и раскаются.