Легко пролетает ночная вылазка. Будто тьма, как некий древний бог или голодный демон, на глазах сжирает время. Будто и не дрался ты, а блаженствовал в жарких объятиях знойной красавицы.
Кстати, о красавицах. Гуннор усмехнулся. Тайным героям лютенской ночи пора торопиться назад. Негоже опаздывать на собственную свадьбу.
Повезло бы им с милой Соланж при других обстоятельствах заполучить в венчающие самого кардинала Эвитанского? Тоже трижды мятежника, кстати. И давно приговоренного. Еще два короля назад.
Интересно, что послушный сын мог бы написать любезному папеньке? «Срочно вышли пороха и пуль»? Папаша — бывший вояка — такое бы одобрил. Даже подмогу мог бы выслать — в лице непобедимого себя. Причем, скорую.
Но вот кто доставит столь нужное и важное письмо? Гонцам-то не выбраться. Даже тощим мышам.
А голубей скоро всех с голодухи поедят. Даже не почтовых. Последних просто давно перебили и зажарили. Еще при пьяном Гуго.
Глава 11
Глава одиннадцатая.
Эвитан, Лютена.
1
Прекрасная баронесса Ирэн Вегрэ — признанная фаворитка короля Эрика Первого Ормхеймского. Любимая кузина его жены, недавно пожалованная в старшие фрейлины. Правда, в отсутствие самой королевы Алисы, но кого это интересует? Кто тут имеет право голоса? Прежний Эрик особым милосердием не славился, но у нынешнего привязанностей нет вообще. Одни инстинкты и прочие… желания.
А у Ирэн теперь — личные покои в сине-серебряном дворце Эрика. С сегодняшнего дня.
С той минуты, как лиаранка переступила привычный порог до боли знакомой бежевой спальни. Под руку с совсем другим капитаном. Этот если и любит экзотику змеиных танцовщиц, то совсем иначе. Как и положено почтительному верующему.
Эрик всё-таки отдал будущей любовнице светло-бежевые покои Алисы! Где же теперь сама тихая Тенмарская Лилия? Всё еще «в заложниках» у «мятежных» михаилитов или… Без всякого «или». Очередной король, похоже, вполне готов объявить себя безутешным вдовцом. Причем, возможно, мешают этому тоже одни лишь несносные михаилиты. Ну и немного — что Алиса еще не родила. Если нынешнего Эрика вообще интересует жизнь будущего наследника.
Только до сих пор Ирия полагала, что положение старшей фрейлины означает лишь очередной плен. И не за горами — потную постель Эрика.
Ну, мятое небрачное ложе-то никуда не уйдет. Но, оказывается, главной фаворитке положен еще и солидный штат личных фрейлин. Умереть, не встать. Месячного плена в одной зашторенной карете и тесной камере с Роджером Ревинтером было мало. Теперь Ирии предстоит повторить еще и кривую дорожку голубоглазой Полины? Хоть с ее официальным статусом, хоть без. Умирать рано или поздно — в любом случае. И не от спокойной старости.
Нет, всё равно — не так. Когда-то ненавистная мачеха, если не врет, хоть в первом браке была счастлива. И во втором — благополучна. И успела родить двоих любимых детей.
А многолетняя ненависть Ирии выжгла ее же будущее напрочь. Летних цветов не будет — как и зрелых плодов. Сразу пожухлые осенние стебли. Прибитые холодом к мерзлой земле.
Что эти сине-серебристые подонки сделали с бедной Эйдой? Где храбрая малышка Иден? Удалось ли ей вывезти маленького Чарли и невезучую Кати? Как далеко они затаились?
Фальшивая «старшая фрейлина» набирает фальшивый штат. Все нормальные — у настоящих михаилитов и кардинала. А всех прочих девиц поприличнее попрятали разумные отцы.
К Ирии явились либо жертвы беспардонных родителей, братьев и дядьев, либо те, за кого некому заступиться. Напуганные, наглые, нагло-напуганные.
Эрик громогласно обещал ей титул герцогини. Все дамы и девы заранее обращаются «Ваша Светлость».
Если Ирия потеряет всё — эти же первыми и затопчут. Отомстят за нынешнее пресмыкательство с лихвой и процентами. Наглой нахалке и выскочке. Возвеличенной ни за что. Вместо куда более достойных.
Потому что Эрик хоть и бастард, но всё же — сын законного короля. А вот кто она? Полине не прощали ни одного неверного шага. В том числе и сама Ирия.
Среди толпы незнакомых смазливых личиков — одно знакомо до боли.
Зимний бал в почти родном Тенмаре, розовые кружева, приторно-сладкие улыбки. Огненный танец со Старым Драконом.
Не может быть!
А Ревинтеры в союзниках — могут? А Полина?
Заплаканная — зареванная! — потухшая, жалкая Тереза. Хорошо хоть не почти подружки — Жаклин и не Стефани. И уж точно — не кроткая Соланж.