«Десять секунд до полного восстановления. В бою будет не слишком эффективно, так что с техниками придётся быть экономнее,» — подумал Орочимару, прохаживаясь по кухне, внимательно рассматривая кухонные ножи на деревянной подставке, и проверяя их на наличие баланса.
«Не кунай, конечно, но сгодиться может.» — Сказал он, подбрасывая среднего размера кухонный нож.
— Вернон, что это за... А-а-а! — Громко закричала всполошенная женщина в ночнушке, увидев, по-видимому, своего мужа, лежащего на полу.
— А-а-А! — Закричала она ещё пуще, увидев знакомого, но ещё более бледнолицего мальчика, подбрасывающего один из её ножей.
Орочимару немедля отреагировал на ещё один внешний раздражитель, мастерски бросив нож с защемляющим хватом в сторону женщины, попутно усиливая свой бросок чакрой.
Но то ли тело подвело, то ли сам нож, что не предназначен для подобных манипуляций, но вместо того, чтобы поразить голову женщины, нож застрял в нескольких сантиметрах от её головы, из-за чего она совсем сошла с ума от страха, и побежала в сторону лестницы.
«Проблемно,» — досадливо цокнул языком он, — «но в моём положении заниматься вырезанием гражданских ещё проблемнее...» — Подумал он, подходя к ножу, вытаскивая его из стены, и засовавыя за брючной пояс. — «Тем более, я не собираюсь долго оставаться в этом теле.»
Направляясь по коридору в сторону парадной двери, Орочимару заметил зеркало, что находилось над обувной полочкой и немного подумав, решил на себя взглянуть.
На него смотрели глаза очень бледного мальчика, с короткими спутанными волосами цвета каменного угля на голове. Если сравнивать его с Орочимару того же возраста, то единственное отличие было в длине волос и отличающейся форме носа, который был чуть приплюснутее и шире. Но ему не впервые менять свою внешность. Самое главное различие, это яркие зелёные глаза с привычным щелевидным зрачком.
И именно это различие его и беспокоило больше всего.
«В какое бы тело я не вселялся, янтарные глаза – это единственное, что оставалось со мной всегда, и что никогда не приходилось менять операциями.» — Хмуро подумал он. — «Но что же изменилось? Влияние той техники? Вполне возможно...»
Но заметив тусклый шрам у себя на лбу, он сразу же сбился с этой мысли.
«Судя по остаточным эманациям чужой духовной энергии, именно здесь и содержалась проклятая печать.» — Вспомнил он самое важное. — «Нужно разобраться, из-за чего он был ей клеймён, пока тело не начало разрушаться. Возможно, что зацепка в развитых чакроканалах.»
Окинув ещё раз взглядом своё отражение, он заметил пятна крови на своей одежде.
Быстренько найдя ванную комнату, что находилась на том же первом этаже, Орочимару быстренько умылся в тёплой воде, и попытался смыть пятна крови на одежде.
«Бесполезно,» — подумал он, выходя из ванной, — «кровь засохла – не отстирать. Придётся чем-то прикрыть.»
Посмотрев на уже немного освещённый, из-за начавшего светать солнца коридор, Орочимару заметил чёрный тканевый дождевик, висевший на крючке у двери.
«Немного не по размеру, но делать нечего.»
Плотно укутавшись в плащ, Орочимару пошёл на выход, но снова остановился, заметив телефонную трубку на стене.
Недолго думая, Орочимару достал из-за пояса кухонный нож, и обрезал телефонный провод в двух местах.
— Теперь можно и идти, — сказал Орочимару, подходя к двери, и проворачивая ключ, кем-то заботливо оставленный в замочной скважине.
Глава 2
«Какая странная валюта...» — Подумал Орочимару, копаясь в чужом бумажнике, который он недавно стащил у одного незадачливого прохожего.
«Десять, двадцать, пятьдесят... В итоге пятьдесят три единицы неизвестных мне... фунтов.» — Внезапно вспомнил Орочимару, остановившись посреди малолюдной улицы. — «Видимо, кое-какие группы нейронов ещё не успели перестроиться. Мне же лучше,» — подумал он, доставая пластиковую карточку из бокового отделения.
«Видимо, удостоверение личности.» — Догадался Орочимару, рассматривая фотографию молодого блондина, лицо которого он не успел увидеть, так как дистанционно подцепил кошелёк при помощи той же чакронити.
«Ха, такого я ещё не видел.» — Удивился Орочимару, рассматривая надписи. — «Письменность, что полностью основана на ромадзи, который составлялся исключительно для записи кодовых слов... Куда же я попал?»
«Ри-чард Нил-сон. Дурацкое имя.» — Прочитал он. — «Драйв... Водительское удостоверение?» — Подумал Орочимару, думая, для какого транспортного средства оно предназначено.