Вслед за щедрой осенью надвигалась зима. Ороро в первый раз увидел снег, когда был совсем маленьким: однажды зимой столицу на несколько дней обнесло пышным белым покрывалом, но сестра к его сожалению наколдовала над домом защитный купол. Во второй раз увидел, когда его группу привезли к наставнику Дарэро, меньше года назад. Он помнил неудобные меховые костюмчики, в которые наставники заставляли их одеваться перед ежедневной прогулкой по внутреннему двору. Во дворе было прохладно, но снег внутрь не попадал - дом наставника был обнесен не только скрывающим миражом, но и защитным куполом, за пределы которого нельзя было выходить, и тэйверятам только и оставалось, что наблюдать за снегом издалека. Потому Ороро с жадностью дожидался прихода снега: мысли о бескрайних серебристых просторах, о жгучем холоде, кусающем крылья, о ранней и долгой ночи, о коротком тусклом дне казались увлекательными и заманчивыми в своей неизведанности.
Ингрэм теперь доверял ему самостоятельно проверять силки и сети и вообще следить за домом, пока сам работал в мастерской над заказами. Ороро ужасно собой гордился за то, что научился всему этому и делал почти так же хорошо, как сам Ингрэм, только медленней - он уже уяснил, что лучше сделать поменьше, но хорошо, чем много и как попало.
Ингрэм уже несколько дней подряд уходил в деревню один. Шел непривычно налегке, налегке же и возвращался - даже от Мэриэль перепадало куда меньше гостинцев, чем обычно.
- На наши края напала странная болезнь, - пояснил он. - Лихорадку трудно сбить, на коже сыпь черная появляется. Ведьмы и маги с ног сбились - лекарство не могут найти. Тебе лучше оставаться дома, так безопасней.
- Но... - начал было встревоженный Ороро, что в таком случае и Ингрэму тоже лучше оставаться дома.
- К тому же кто-то должен приглядывать за хозяйством. А еще постарайся сегодня убрать оставшиеся в огороде овощи, скоро придут сильные холода.
- Ладно, я понял, - недовольно перебил Ороро. - Но тебе обязательно туда идти?
- Рук не хватает, а я кое-что смыслю в зельеварении - бабушка успела меня научить до всей этой... заварушки. Ухаживать за больными да сбивать жар уж точно смогу.
Он уходил рано утром, возвращался вечером, когда уже начинало темнеть. Едва хлебнув горячего чая, хватал рогатку и выходил во двор. Иногда звал Ороро, и они торопились в лес, но либо Дверь была не та, либо находилась слишком далеко и исчезала до того, как они добрались бы до нее.
Закончив с огородом, Ороро взялся осваивать станки и инструменты Ингрэма.
- Сам сделал? - уточнил Ингрэм, разглядывая его первую удавшуюся фигурку.
Ороро кивнул, взволнованно ожидая приговора. Ингрэм провел большим пальцем по неровному узору, поскреб по шероховатости.
- Хорошо получилось.
Ороро шумно задышал носом, засопел, скрывая довольную улыбку во все лицо.
- Завтра хорошенько пройдись шкуркой и углуби рисунок, вот посмотри, - Ингрэм достал небольшой нож, который всегда таскал с собой, - здесь и здесь...
Он показывал и говорил, глотал обжигающе горячий чай, лениво мурлыкал простую мелодию и смотрел на огонь в очаге. Огонь отражался в его зеленых глазах, накладывал густые тени от ресниц на запавшие щеки. Ингрэм показался вдруг бесконечно усталым и похудевшим.
Его там совсем не кормят, обиженно подумал Ороро.
Тем вечером Ингрэм впервые отказался от ужина, выпил еще чаю и завалился спать. Шумный дождь барабанил за окнами, усыплял монотонной дробью. Ороро устроился в ногах Ингрэма. Он никак не мог расстаться с этой деревяшкой, все проводил пальцами по узорам и улыбался.
Дневники Гета
Пропутешествовав по другим странам и повстречавшись со столькими занятными разумными существами, я не могу теперь перестать размышлять, дивиться и завидовать магам. Разумеется, в использовании магии есть свои минусы, к примеру, чрезмерная нагрузка на тело. Я знаком с одним талантливым человеком - магом-пауком (что характерно - маги-пауки больше подвержены негативным проявлениям магии на их тело и разум, но они в то же время более талантливы и искусны, является ли это причиной их недугов?), который искусен настолько, что в битве против мага тэйвера или шэйера с легкостью возьмет верх, но после... О, после он несколько дней не мог прийти в себя.
Такое явление называют откатом. Откаты проявляются индивидуально, в легких случаях маг испытывает слабость и дурноту, сильный голод, в тяжелых - сходит с ума или его тело буквально расходится на части.
Откаты сопровождают любое использование магии - если заклинание сработало удачно, маг ощутит лишь исчезновение его личного запаса магии, концентрированного в теле, что является легким случаем отката. Если заклинание не сработало, то магический запас истощается вдвое больший.
Откаты сопровождают также использование магических артефактов. Для пустого это менее болезненно, чем для мага. Большинство пустых даже не замечают этого, ибо магия суть есть повсюду, а когда маг использует артефакт, данный предмет вытягивает часть силы мага - это его естественная функция, и маг может использовать артефакт до тех пор, пока сам он не истощится, а пустой - до тех пор, пока не истощатся запасы магии артефакта. Артефакты восстанавливают свою потраченную магию спустя какое-то время (дни, недели, месяцы...), восполняя недостаток из воздуха.
Я лично не раз ощущал мощные откаты после использования артефактов - мои эксперименты требовали этого, благо, мое крепкое здоровье позволяет быстро оправиться. К тому же благодаря моему чутью мне удается максимально сгладить последствия использования магии путем магических накопителей.