Повертев головой, он подскочил к столу и осторожно принес Ингрэму кружку с горячим травяным напитком.
- Не знаю, - честно признался Ингрэм.
Он обнаружил, что был накрыт одеялом, а под головой лежала подушка. Посмотрел на свою перевязанную ладонь, на запястье. Между старыми шрамами теперь был новый - черный, словно въевшаяся под кожу маленькая картинка. Ингрэм поддел его ногтем, поморщился от боли.
- Не трогай, - предостерег Ороро.
Он протянул кружку и показал на свою отметину на левой руке. Символ был поразительно ровный и идеально уместившийся внутри рамки, хотя Ингрэм припоминал, что рисунок вконец измазался.
- Это - твое имя на языке богов. Обычно клятву хозяину пустые слуги приносят на специальной книге. В ней заключается письменный договор, а после хозяин и слуга пишут кровью свои имена. На руках же обычно заключают клятву с магом-рабом - но я ее плохо знаю и не уверен, что она подошла бы нам. Мы опустили многие пункты в нашей клятве, наверное, потому-то тебе было больно, - извиняюще пробормотал Ороро.
- Главное, чтобы все сработало, - ответил Ингрэм, глотая горячий чай.
- Сработает, - уверенно сказал Ороро. - Тебе нужно лишь капнуть кровью по клятве. Я почувствую, что ты призываешь меня и благодаря этой метке, - он указал на рамочку, - смогу к тебе перенестись. Если хочешь, можем испытать.
Он протянул Ингрэму нож, а сам вышел наружу. Ингрэм, вздохнув, сделал маленький надрез на пальце и провел выступившей кровью по клятве. Вздрогнул от неожиданного хлопка рядом с собой. Слабый фиолетовый дымок вокруг возникшего словно из воздуха Ороро быстро рассеялся. Ороро самодовольно улыбнулся. Ингрэм, качая головой, продолжил пить свой чай.
Пока он окончательно приходил в себя, Ороро разбирал принесенные Мэриэль заказы. Ингрэм показал ему, как вырезать фигурки для токи-токи, и оставил Ороро ими заниматься, а сам вытащил на крыльцо старое меховое одеяло, достал рогатку, устроился поудобней, закрыл глаза и сосредоточился.
Едва рогатка возвестила о Двери, он подхватил сумку, оружие и снегоступы и поспешил к месту, на которое она указывала. Испытывая смешанные чувства облегчения и разочарования, обнаружил Дверь, ведущую в другие земли Срединного мира. Дверь, словно раскрашенная старыми красками, уже таяла, уменьшалась. Но прежде, чем она исчезла, в крохотную уже совсем прореху юркнул маленький зверек, которого Ингрэм не успел толком рассмотреть.
"Вот так и появляются животные наших краев - в чужих, - подумалось ему. - А какой-нибудь пьяница или тупица шагнет вот в такую Дверь, и поминай как звали. Хорошо еще, если очутится неподалеку от поселений, где ему смогут помочь. А если в Диких землях? Или в воду канет? И ни бережка, ни лодчушки рядом?.."
Он поежился. В своих странствиях он вдоволь наслушался страшных историй, в которых герои попадали через Двери в жуткие места. Не хотел бы он оказаться одним из них.
***
Следующие несколько недель протекали мирно и неспешно. Таинственных исчезновений больше не было, и Хорей не стал вызывать Ищеек, но и свои сумасшедшие домыслы об убийце не оставил.
- Затаился он, как пить дать, не дурак же. Это вот, - Хорей указал на обедавших в таверне Синих Стражей, которые приехали из Бриена с ежегодным обходом, - это вот они дуралеи.
С тех пор, как прокляли тэйверов, в большом мире происходили серьезные перемены, которые медленно, с большим запозданием добирались до их отдаленных уголков. Так вышло и с указанием обойти все поселения людей - провести перепись населения, назначить новые порядки в доме старейшин... О приезде Синих Стражей было известно заранее, и хранитель деревни Хорей с ног сбился, готовясь встретить их должным образом. Также он изложил на бумаге свои мысли и предположения о пропажах людей. Будучи магом, отличившимся в войне, он был уверен, что Синие Стражи доверятся его чутью и немедленно что-то предпримут. Но надежды его не оправдались.
- Одного убийцу поймать не могут, - брюзжал он.
- А ты бы поймал? - спросил Ингрэм, отпивая сидр из своей кружки.
- Я бы поймал, - подтвердил Хорей. - Столько работы же провернул! Расспросил людей, места исчезновения определил, даже кое-какие улики нашел. Работал ведь с Ищейками на войне, те даже остаться меня с ними просили да пройти обучение в человеческой Цитадели - сказали, подсобят, и меня туда без обучения в академии возьмут, пусть я лишь школу окончил.
- Чего же не согласился?
- Мне и здесь хорошо. - Хорей хохотнул. - Оно, конечно, важное дело, маги Цитадели - это, скажу я тебе, достойнейшие существа. Сильные, мудрые, насквозь все видят, аж страх берет и чувство собственной ничтожности. Далеко мне до них, вспыльчивый я, но обещались Ищейки, что это исправится после знаний, которые я там постигну. Но что-то мало мне в это верится, - пробурчал Хорей. Глотнул еще пива и сыто рыгнул. - Да и куда я от своих детишек и женушки?
- Так чего же эти маги Цитадели не помогали в войне против тэйверов? Раз такие сильные и достойные? - насмешливо поинтересовался Ингрэм.
- Потому и не встревали, что достойные. Цитадели тэйверов и ниргенов также не участвовали в последней войне и других конфликтах. После их наглухо страшными заклятиями запечатали, чтобы ходу туда посторонним не было. Уничтожить побоялись, да и другие Цитадели - шэйеров, уркасов, да нашей - воспротивились. Знают они то, что нам неведомо, мысли, неподвластные нашему уму, занимают их. Скажи вот, к примеру, что такое жизнь?
- Я живу. - Ингрэм пожал плечом. Отсалютовал ему своим сидром. - Сижу со своим лучшим другом в лучшей таверне в мире, пока наши дети спорят, кто лучше колдует снежные фигуры. Согласись, Ороро в этом весьма опережает Анн, - не удержался он.
- Вот еще, - проворчал Хорей. - Ну, может немного. Шмак, да ты учишь его вырезать из камня и дерева! Он должен был чему-то научиться! К тому же твой сын! Яблоко от яблони! - Он расхохотался. - Все же интересно, кто была его мать... Может, я ее знаю? Такой талантливый маг от союза пустого и волшебницы мог получиться, только если она была очень одаренной.