- Тетушка Ри! Тетушка Ри! - звонким голоском закричал юркий и проворный Борей и тут же раздался нетерпеливый стук в дверь. - Там какой-то гость спрашивал о тебе! Тетушка Ри, выходи! Он выглядит важным заносчивым ублюдком!
- Борей! - ужаснулась Юки. - Следи за языком!
Мэриэль как раз открыла дверь и увидела возмущенное выражение на ее лице. Юки торопливо поднималась по лестнице, подбирая свои неудобные длинные узкие юбки.
- Но тетушка Ри сама называет так эти напыщенные задницы! - праведно возмутился мальчишка и спрятался за широкий зад Мэриэль.
- Это не значит, что и тебе можно. - Юки устало потерла переносицу. - Ри, прости за шум с самого утра, но...
- Да ничего, я уже давно встала, - приободрила ее Мэриэль.
Она всегда испытывала теплые чувства к старательной бедняжке, особенно после потери ее семьи. Она взяла Юки на работу в таверну не столько потому, что действительно нуждалась в помощнице - в этом она не призналась бы даже себе, - а сколько из желания помочь.
- Так что за важная задни... пташка прилетела к нам в такую рань?
- Он ожидает тебя внизу, заказал жареного мяса и сливочного пива. Одежда богатая, он очень молод и красив, - перечислила Юки. Подумав, добавила: - Говорит, что собирает редкие вещи и наслышан о твоей таверне.
- Надо же, - пробормотала Мэриэль. Притерлась к зеркалу, подумав, пощипала скулы, достала помаду, побрызгала свои любимые духи. - Интересно, что же нужно этому типчику?
***
Она медленно спустилась, морщась от натужных поскрипываний лестницы и пола при каждом шаге. Прошла по длинному коридору второго этажа мимо комнат для постояльцев, чей слышимый храп за толстыми дубовыми дверьми приятно заботил ее мысли нуждами дорогих гостей с их тугими кошельками.
Тугой кошелек - большие деньги, большие деньги - возможность удерживать таверну на плаву, а значит, семейное дело ее семьи будет жить.
Мэриэль с гордостью посмотрела на легкую фигурку Борея, перепрыгивающего через ступеньки вниз на первый этаж. Внешностью мальчонка пошел в мать - невысокий, тонкокостный. Он обожал петь и танцевать, и частенько устраивал небольшие концерты для них с Юки поздно вечером - когда Юки в подкрадывающейся темноте вновь одолевали безрадостные мысли о печальном прошлом. Борей отца не помнил, мал был слишком для этого. Шел девятый год его жизни, он любил Мэриэль, как вторую мать. Они были большими друзьями и заговорщиками, но порой... Иногда в подобные темные вечера прошлое подступалось и к Мэриэль, и перед затуманенным взглядом она видела не малыша-Борея, а другого мальчика. И это резало по сердцу каждый раз, как в первый.
Мэриэль силой воли заставила себя сосредоточиться на госте, который устроился в уголке и с удовольствием поедал свой заказ. Заметив ее, он аккуратно вытер руки о льняную салфетку и встал.
- Госпожа Мэриэль, рад, наконец, увидеться с вами, - произнес он низким голосом, учтиво кланяясь. - Не составите мне компанию?
- Боюсь, что нет.
Мэриэль нахмурилась и скрестила руки. Она знала сынков местной знати, но этого парня видела впервые. На его богатой одежде не было никаких опознавательных знаков - ни гербов, ни символов.
- Кто вы и зачем пожаловали в наши края?
- Проезжая мимо, я счел своим долгом побывать в таверне, о которой ходит столько добрых слухов. - Молодой человек опустился на место и принялся нарезать мясо на тонкие ломтики, не сводя с Мэриэль странного взгляда. Глаза его были черные и внимательные. - Говорят, вы работали в таверне с ранних лет, а после, унаследовав, смогли удержать на плаву и расширить. Сейчас к вам привозят заказы от самых знатных людей, добрая молва о вас далеко распространилась.
- Положим, - сухо перебила Мэриэль. - И что с того?
- Также мне известно, - продолжал незнакомец, - что вы всю жизнь провели здесь, практически никуда не отлучаясь. Вы знаете все обо всех, кто на ком женился, кто куда уехал, кто чем жил... - Он замолчал и поджал губы. Нахмурился. - Понимаете, я собираю редкие вещи...
- Мне говорили об этом. - Мэриэль жестом остановила его. Странный холодок дурного предчувствия скользнул по позвоночнику вверх. - У меня нет артефактов или амулетов, или каких-то диковинных штучек. Все это вы можете поискать в барахолке у перекупщиков или у ведьм. Доедайте ваш завтрак и убирайтесь отсюда.
Глаза незнакомца недобро блеснули, но в следующую секунду он вдруг успокоился и расхохотался.
- А вы по-прежнему остры на язык, - справившись со смехом, сказал он. - Простите мне мою грубость и что ввожу вас в заблуждение, но на это у меня есть причины, и, признаться, я ужасно нервничаю.
Он взглядом указал Мэриэль на стул напротив, но та не шелохнулась - осталась стоять, скрестив руки. Она совершенно точно видела этого нахала впервые в жизни, но, судя по всему, он ее прекрасно знал.
- Редких вещей у меня достаточно, - продолжил незнакомец, - хотя по сути они не принадлежат мне. Я, можно сказать, посредник, и привык уже, что мне ничего не принадлежит, но есть некоторые вещи, необходимые мне, и у меня есть все основания полагать - зная вас, - что вы владеете ими. Я надеюсь. Понимаете, я недавно вернулся домой и понял, что не справлюсь один, но к кому еще можно обратиться, кому довериться - я не знаю. Когда я был ребенком, в этих краях жил один человек, умевший искусно вырезать фигуры из дерева и камня. Он жил в лесу. Я хотел встретиться с ним, - незнакомец осторожно хлебнул пива, чуть поморщился, - но обнаружил, что дом превратился в развалины, и никаких следов и личных вещей этого человека, по которым его можно было бы найти, там нет. Скажите мне, тетушка Ри.
Незнакомец отодвинул от себя столовые приборы и с мольбой взглянул на Мэриэль. Было нечто раздирающее в его полных отчаяния черных глазах, которые не отражали ничего. Мэриэль качнулась, да так и села на стул напротив него.