Чудотворец прекратил свой рассказ. Но слова все еще волнами отдавались где-то в глубине сознания. Дамира, наконец, отпустила ткань своего платья, теперь же ладони обессилено лежали на ее коленях. Мужчина смотрел на нее стеклянными глазами, и почему-то улыбался.
- Я рассказал тебе, точно должен был, любимица Света.
- Почему я должна это знать? Какова моя роль в этой войне?- совсем тихо спросила девушка, поднимая голову. Её глаза блестели, первые слезы готовы были покатиться по бледной коже.
- На эти вопросы тебе предстоит узнать ответ сомой,- мужчина сделал быстрый взмах рукой, и из дальнего коридора к ним направилась книга. Она опустилась на колени девушки. Дамира почувствовала необыкновенный запах, он не был похож ни на что существовавшее в этом мире.
- Это книга не из этого мира?- спросила она, беря тяжелую книгу в руки.
- Верно. Этот манускрипт поможет тебе получить ответы.
Дамира медленно поднялась, и посмотрела на выход. За окнами все еще было по утреннему светло, хотя девушке казалось, что прошло немало времени.
- Направляйся в Мирадеи,- советовал Слуга Бога,- душе станет легче.
Девушка снова низко поклонилась, и направилась к выходу. Ее ноги немного дрожали, потому шаг казался неуверенным. Оказавшись на улице, она сделал глубокий вдох, и зимняя прохлада вмиг наполнила ее легкие. Дамира нашла взглядом своего сопровождающего и виновато улыбнулась.
- Извини, заставила тебя долго ждать.
- Госпожа, вас не было всего пару минут,- сказала стражник.
- Вот как,- она посмотрела вперед себя, затем на книгу. – Можешь отвести меня в Миридеи?
- Конечно, он находиться не далеко отсюда.
Пока они шли к Мирадеи, девушка не замечала ничего вокруг себя, она перестала реагировать на взгляды прохожих, суету и тяжелые вздохи. Её мысли были заняты рассказом Чудотворца, она чувствовала, что на ее плечи возложена непосильная ноша, и вот-вот придет момент, когда она оступится. В Мирадеи по ступеням из белого мрамора она поднималась бездумно, просто шла в надежде, что в пристанище Всевышнего ей действительно станет легче, и тяжесть уйдет прочь.
Внутри было пусто. Шаги эхом звучали в большом прямоугольном помещении. Здесь стены были вручную расписанными мастерами, которые уже давно покинули этот свет. «Возможно, на этом месте и раньше стояло Святилище в те времена, когда еще существовала Империя» Девушка тряхнула головой, стараясь освободить мысли. Она спокойно шла к алтарю, оглядывая стены. Здесь были изображены воины небес, мастер хорошо передал свечение, исходящее от их тел, на изображениях воедино сливался свет солнца и луны, подтверждая извечную двойственность людей. Обернувшись к выходу, девушка увидела яркие языки пламени, появляющиеся из тьмы, этого изображения не касался даже солнечный свет. Олицетворение Царства Падшего внушало ужас в сердца людей, заставляя их всегда помнить о том, куда приводят грехи, совершенные в этом мире.
Дамира остановилась возле подножия алтаря, мраморные врата его были закрыты. Девушка опустилась на колени, положила перед собой манускрипт и сложила ладони в молитвенном жесте. Ее негромкая молитва медленно наполняла все пространство Миридана. После того как молитва была окончена, девушка не поднимаясь с колен открыла книгу. Первая страница была белоснежной, в её средине имелась надпись. Этих букв девушка не видела прежде, но на свое удивление она понимала их. «Империя Золота», вот о чем говорили эти буквы. Листая манускрипт дальше, девушка начала ощущать странное покалывание по всему телу, оно не было болезненным, но было хорошо отличимым от других чувств. На страницах имелись изображение, выполненные в цвете, и надписи под ними. Вспоминая рассказа Чудотворца, девушка понимала, что здесь заключена вся хронология жизни Императорской семьи. Изображения были настолько живыми, от чего создавалось ощущение - они вот-вот выйдут со страниц наружу.
Дамира остановилась на портрете Императора Нарказа. Со страницы на девушку смотрел мужчина, чьи глаза были так похожи на ее собственные. Теперь она понимала, что это были глаза хищника. Глаза ястреба, имели взгляд волевой, властный, но в нем ощутимо присутствовало добро и сострадание. Губы императора были сжаты, чем подчеркивался сильный мужской подбородок. Впалые скулы делали его лицо острым. Чем сильнее она вглядывалась в этот портрет, тем ощутимее ее пробирала дрожь. Следом за ним шел портрет Императрицы. Дамира, не веря своим глазам, закрыла рот руками. На странице манускрипта она увидела себя. Подпись под портретом гласила : «Императрица Дамира, да хранит Творец ее душу. Женщина сердца, женщина веры, женщина силы». Черты Императрицы были немногим строже, чему у девушки, которая все еще не могла поверить в то, что видели её глаза. Имя так же объединяло Императрица и девушку, абсолютно потерявшуюся в том кто она есть.