Критика встретила работу Оруэлла по-разному. В правых и либеральных кругах ее просто проигнорировали. Среди непартийных исследователей-гуманитариев книга вызвала неподдельный интерес. На нее откликнулся сын знаменитого историка Арнольда Тойнби, директора Королевского института международных отношений, Филип Тойнби, крупный писатель и журналист: «“Уиган-Пирс” читается подобно докладу, представленному неким гуманным антропологом, который только возвратился после изучения условий жизни угнетенных племен на Борнео».
Социалисты различных направлений, а также коммунисты признавали яркость критики, но настаивали, что работа «поверхностна», поскольку автор не дал рецептов борьбы с нищетой, безработицей и отчаянием обездоленных трудовых масс. Вдобавок каждая политическая группа упрекала писателя, что он не разделяет ее идеологии. При этом различные левые политические силы критиковали Оруэлла за то, что он допускал слишком обширные комментарии и обобщения, не позволяя фактам говорить за себя. Отчасти эти упреки были обоснованны, однако в основном они были вызваны именно расхождением критиков с автором в общей оценке ситуации.
Об интересе к книге свидетельствовало то, что в ее критическом анализе были задействованы мощные силы. С рецензией в коммунистической газете «Дейли уоркер» выступил сам «вождь» британских коммунистов Гарри Подлит, который, впрочем, не столько рассматривал достоинства и недостатки работы, сколько пренебрежительно и высокомерно оценивал личность автора, названного им «маленьким мальчиком из среднего класса» и «бывшим империалистическим полицейским», пишущим о «предмете, в котором не смыслит»{326}. Оруэлл счел, что, несмотря на отрицательную оценку, отзыв генсека британской компартии весьма полезен. «Рецензия Подлита довольно плохая, хотя, конечно, хороша в смысле рекламы»{327}, — писал он жене.
Осторожнее других был лейбористский теоретик Гарольд Ласки, руководитель и профессор авторитетной Лондонской экономической школы. Он писал, что социалистическая пропаганда Оруэлла «игнорирует всё, что подразумевается необходимым в повседневной реальности классовых антагонизмов», «отказывается от рассмотрения сложных проблем государства», «не понимает исторического развития экономического процесса»: «В конечном итоге эта работа фактически представляет собой эмоциональный призыв к социализму, обращенный к людям, пребывающим в благополучии»{328}. На самом же деле невнимание к экономической теории было не оплошностью, а сознательно и последовательно проводимой писателем линией. Оруэлл не уставал подчеркивать, что его задача — «просто отчитываться о положении низших классов». В то же время Ласки полагал, что книга Оруэлла является «великолепной пропагандой наших (то есть лейбористских. — Ю. Ф., Г. Ч.) идей», тем самым оправдывая свое согласие на издание работы под грифом Клуба левой книги{329}.
Развитие социально-политической ситуации после создания книги, казалось бы, подтверждало пессимистические выводы ее автора, что ни один из существующих общественных инструментов не годится для изменения положения низших слоев населения к лучшему. Он почти не обращал внимания на забастовки и другие выступления, организуемые тред-юнионами. В октябре — ноябре 1936 года газеты были полны информацией о марше Джерроу — шествии представителей безработных судостроителей из городка Джерроу в Северо-Восточной Англии на Лондон. Рабочие прошли пешком 480 километров. 31 октября после почти месячного похода они явились к парадному входу Вестминстерского дворца и вручили парламентариям петицию с многочисленными подписями под требованием возобновить работу закрытой верфи в Джерроу. 5 ноября по требованию лейбористов петиция была обсуждена палатой общин, но никакого решения принято не было. Единственное, что было сделано для участников марша, — выдано по одному фунту стерлингов, чтобы они уехали домой поездом. Верфь в Джерроу в то время так и не была открыта{330}.
Однако позиция Оруэлла, заявлявшего о бесплодности подобных инициатив, подвергалась критике со стороны тех рабочих деятелей, кто настаивал на продолжении массовых выступлений, уверяя, что в случае согласованных и энергичных акций предприниматели под давлением парламента, правительства, общественного мнения будут вынуждены пойти на улучшение условий труда и создание новых рабочих мест.