Но матери Инраза повезло. Хотя, посмотрев запись в первый раз до конца, лично он так больше не считал. Ее спас, вытащив из плена, а затем и создал с ней сарс его будущий отец, которого он никогда не видел. Пока не получил вот эту чертову запись.
Его отец оказался кранчем. И самое невероятное в этом было, что этим кранчем оказался "долбанутый" Ульф. Судьба словно посмеялась над нынешним лидером сначеров. Сейчас он был готов уже сам убить свою мать. Но та погибла много лет назад — в один из ничем не примечательных дней, она уехала в центр пустошей Бистлаэра верхом на хеасе, и больше не вернулась. Словно зная, что произойдет в будущем, она решила стать недосягаемой для его мести. И теперь он просто обязан убить этого поганого кранча. И вовсе не из-за того, что тот мог обнародовать свое отцовство, а за нанесенное его народу оскорбление — кранч посмел создать сарс и дать жизнь новому таймлендеру.
"Зря я согласился на предложение "долбанутого" обменять разлом на сведения о своем отце."
Зная, как долго Инраз искал эти сведения, кранч нанес свой подлый удар прямо в сердце. В сердце таймлендера-сначера Инраза, сына "долбанутого" кранча Ульфа.
Глава 2
Уже оседлавший свой байк Головин, приложил к нему свою ладонь, чтобы включить питание.
— Сюда кто-то из ваших бежит, — Чимир выбросил вперед руку.
Турок и Куба синхронно переместили свои взгляды в указанном направлении.
— Нарушение периметра! — крикнул им еще издали, спешащий к ним вестовой.
— Черт, кого там еще принесло?! — встревоженный Головин, соскочил с машины, — Там же удвоенные посты, как они смогли их обойти?!
— Сигнал получен не со стороны входа, а из глубины разлома! — доложил боец, — Там наших постов нет. Согласно протоколу, только дежурная сигналка была установлена.
Головин отпустил вестового взмахом руки, и бросил быстрый взгляд на Чимира.
— Это ваши, что ли, барагозят? Маршрут поменяли?
— Нет, я бы знал. Да и вас бы предупредили. Скорее это сначеры.
— Бегом туда. Куба, сними с постов человек двадцать, и за нами. Это может быть отвлечением внимания от входа, так что пусть не расслабляются там.
Выскочив на поляну, где раньше находилась станция, Турок и Чимир перебежали ее, лавируя между пасущимися хеасами. Куба, запрыгнув на первого попавшегося дракона, помчался ко входу в разлом.
Из глубины леса послышались автоматные очереди. Перекинув на бегу скаллер из-за спины на плечо, Головин знаками показал Чимиру "Расходимся". Тот понятливо кивнул, и стал забирать немного левее. Сам Турок начал смещаться вправо по ходу движения. Через полминуты затихшая было стрельба возобновилась с новой силой. Чимир, находящийся в зоне видимости Турка, показал рукой направление, и показав раскрытую пятерню четыре раз подряд, добавил под конец еще два пальца.
"Двадцать два вооруженных рыла. Кто?!"
Головин терялся в догадках, пока сам не подобрался поближе к месту перестрелки и не зашел за спины людей в камуфляже, которые вели бой с невидимым отсюда противником.
"Шевроны Тыналиных! Как же они смогли нам в тыл пробраться? Или они тут и были…"
И только через пару секунд его пронзила мысль — а с кем, собственно, у тыналинских бойцов идет перестрелка? Тут больше никого не могло быть. С этой мыслью он и начал не спеша нейтрализовывать камуфлированных вояк ослабленными разрядами скаллера. Заметив, что их противник стреляет все реже и реже, из-за деревьев начали появляться одетые кто во что горазд люди. Они без излишнего фанатизма, потихоньку приближались, перебегая от дерева к дереву, и изредка постреливали в сторону автоматчиков из охотничьих ружей и карабинов. Пока наконец не сообразили, что стрельба закончилась и наступила полная тишина. После чего, они осторожно, с оглядкой заняли прежние позиции бойцов клана Тыналиных, внимательно проверяя неподвижные тела противников в камуфляже. Через пару минут все собрались вокруг своего предводителя, озираясь в недоумении.
— Мороз, а как это? Мы что, их всех за одну минуту завалили? — прозвучал мучивший всех вопрос.
— Вот и я не пойму… — здоровенный бородатый, почти седой мужик, носком сапога перевернул ближайшее к нему тело и присел рядом, — В нем и дырок-то нет. Да и крови не видать.
— А этот живой! Только без сознания! — громко крикнул кто-то в стороне.
Бородатый положил свою ладонь на шею лежащего тыналинца, и через секунд десять так же громко пробасил:
— И этот живой… Что встали?! Пакуйте их пока не очухались, потом разбираться будем!