— То есть попав в зону действия станции…
— Для вас пройдет несколько минут, а снаружи — дети ваших детей уже будут нянчить своих внуков. В пузыре принцип тот же, только скорость другая. Один год там, а снаружи пять, десять или двадцать лет прошло. Это всего лишь пример для понимания, на самом деле цифры, естественно, другие.
— Значит это была пропавшая в разломе группа Тыналиных, попавшая в зону станции?
— Именно. Станцию сняли, время пошло равномерно, как и прежде. Все вернулись, вот только для каждого из них прошли разные сроки.
— Ага… Ничего не понял, но уже интересно. Без стакана и не разберешься. Водка есть, шкет? — обратился дядя Гриша к Кубе, сообразив, что тот подчиненный Головина.
— Найдем, Григорий Иваныч, — ответил вместо своего бойца Турок, — Только надо бы твоих селян отсюда вывезти. Тут скоро снова безвременье наступит. Ты, дядь Гриш, только не пугайся, я тебе сейчас транспорт диковинный подгоню.
— Да видел я уже твою мотоциклетку, эка невидаль.
— Эмм… — Куба вопросительно взглянул на Головина, — Может он все же на байке поедет? Я самого худого водилу ему в пару подберу.
***
Кириллов попросил Турка выделить ему личный транспорт, объяснив свою просьбу нехваткой времени. На предложение Шведа воспользоваться драконом, доктор только округлил глаза и покрутил пальцем у виска.
— Хотя наше общество и откатились на век назад, но ездить на животных, подобно пейзанину, я не стану.
— Да вы, доктор, эстет, — хохотнул Головин, — Я бы даже сказал — сибаритствующий эстет. Швед, когда следующая поставка байков?
— Да хоть завтра, — ответил тот, и с интересом посмотрел на Кириллова, — Хирург на байке будет смотреться довольно харизматично. Доктор, ничего не имею против, но вы хотя бы велосипед в детстве осилили? Сойдет и трехколесный.
— Я, уважаемый, вплоть до поступления в мединститут занимался шоссейными гонками.
Швед непонимающе перевел взгляд на Головина.
— Это довольно крутые соревнования у велосипедистов, — пояснил тот, и тут же распорядился, — Куба, презентуй нашему уважаемому доктору самый лучший аппарат.
— Отставить презент, пока не надо, — встрял Швед, тормозя Кубу за рукав, — Думаю до завтра медицина потерпит и не успеет сносить ботинки. А вот завтра, специально для доктора, двухместный байк прибудет, пусть наш доктор с медсестричкой за спиной по неотложным делам ездит.
Довольный Кириллов поднял вверх большой палец и выскочил из нового кабинета Головина.
— Эй, а почему только доктору такие подарки?
— Да пусть порадуется, светило медицины. Вся партия будет из двухместных байков. И шестнадцать флаеров. Не думал я, что в разломах люди остались, и судя по вашему помятому виду, вывозить их на драконах оказалось делом довольно хлопотным.
— Мда… Уж на что Григорий Иваныч мужик тертый, но и тот при виде хеаса чуть не… инфаркт не схватил. А в поселке только дети были рады, бабы и старики уже собирались в нас немного пострелять. А потом началось… Кто корову прет, кто козу, кто кур пытается упаковать в чемодан. Еле всех рассадили, пообещав вывезти все, что осталось. Бойцы до сих пор мотаются туда-обратно, лендеры даже морлоков отпустили — поняли, что мы за один день не справимся.
— Стройка через три дня закончится, — напомнил ему Швед, — Пора начинать народ в Альмете исподволь готовить к перемещению.
— Вы с Куликовым еще не всех… того?
— Последние приготовления и заключительный аккорд будет сыгран. Леня — голова, я бы точно до такого не додумался, — Швед встал и двинулся к двери.
— Ты сейчас куда? — поинтересовался Головин, уже начиная раскладывать на столе накопившиеся бумаги.
— Мишу хочу навестить, — повернул голову оружейник, — Не хочешь со мной?
***
Визит к Мягкову неожиданно был отложен до лучших времен. В разлом примчалась Лепри, сообщившая, что Куликов серьезно ранен и срочно требуется Кириллов. По ее словам, врач волкодавов, оставшийся в Альмете, только развел руками в бессилии и сказал, что никогда таких операций не делал. Он потребовал Кириллова, иначе не ручался за жизнь контрразведчика.
Выловив доктора в городке, где тот увлеченно спорил с пожилым морлоком по поводу способа отвода воды, Швед усадил его за руль аэробайка Лепри, и они вдвоем помчались в Альмет. Кириллов не соврал, разобравшись с управлением, доктор рванул с места так, что будь у байка колеса, то они бы задымились. До лазарета волкодавов они домчались за полчаса, считая время на пересадку в бункере.
"Надо бы расширить проход, надоели пересадки", — подумал про себя Швед, и тут же отогнал несвоевременную мысль, — "Что же ты, Леня, учудил на этот раз?"