— Мы пытались, — продолжил он, и голос его дрогнул. — Мы пробовали всё, что знаем. Кровопускание, чтобы выпустить дурную кровь. Прижигание ран раскалённым железом, чтобы очистить их от скверны. Отвары из дюжины трав. Полынь, зверобой, корень мандрагоры, толчёная кора ивы. Мы даже прибегли к молитвам, призвали священников окропить больных святой водой. Ничего не помогло.
Он замолчал, тяжело дыша.
— Больше того, — добавил он тише, но в тишине зала его слова прозвучали отчётливо. — Один из моих учеников, молодой лекарь по имени Бернард, был укушен, когда пытался перевязать рану одному из этих… существ. Это произошло сегодня утром, на рассвете. К полудню Бернард был мёртв. А ещё через полчаса он встал и напал на другого ученика. Мы едва успели запереть его в подвале лечебницы.
По залу пробежал ропот. Жрец Огня подался вперёд, и монахи за его спиной зашевелились, как тени.
Магистр Варфоломей сел, вытирая лицо. Его место тут же заняла другая фигура. Некромант. Он поднялся со своего места, находившегося в самом тёмном углу зала. Высокий, тощий человек в длинном чёрном одеянии, расшитом серебряными рунами, значение которых мне было неведомо. Его лицо было бледным, словно у покойника, а глаза глубоко запали в глазницы. На поясе у него висели кожаные мешочки и флаконы с мутными жидкостями.
— Ваше Величество. Я, Альдрик из Дома Теней, был сегодня в лечебнице. Я пытался работать с… пациентами. Мои средства, призванные управлять энергией смерти, успокаивать беспокойных духов и подчинять немёртвую плоть, не возымели никакого действия.
Он начал загибать длинные, костлявые пальцы.
— Я использовал эссенцию корня мандрагоры, добытую в полнолуние на перекрёстке дорог. Я возжигал порошок из костей летучей мыши, смешанный с серой и толчёным обсидианом. Я чертил руны подчинения на их лбах смесью собственной крови и отвара белладонны. Всё тщетно. Их плоть… мертва, но она не подчиняется законам, по которым существует любая иная нежить, будь то поднятый скелет или упырь, вставший из могилы. Их аура пуста. Там нет нити, за которую можно дёрнуть. Только пустота и голод.
Альдрик обвёл зал долгим взглядом, словно ожидая, что кто-то задаст вопрос или возразит. Но все молчали. Его слова, полные терминов и оккультных отсылок, мало кто понимал до конца, но общий смысл был ясен. Он, мастер тёмных искусств, признал своё поражение.
— Я видел многое за свою жизнь, — продолжил он, и голос его стал тише, почти задумчивым. — Я поднимал мертвецов из могил, заставлял их служить живым. Я беседовал с духами, застрявшими между мирами. Я изгонял демонов из одержимых и запечатывал проклятия в амулеты. Но это… это нечто иное. Это не мертвецы, которых я могу контролировать. Это не демоны, которых я могу изгнать. Это… пустота, облечённая в плоть. И пустота не слушается команд.
Королева Элинор зевнула, прикрыв рот изящным веером из страусиных перьев. Принц Гарет, не скрывая скуки, разглядывал муху, которая села на край его серебряного кубка с вином, и он легонько подталкивал её пальцем. Некромант всё говорил и говорил, пускаясь в пространные рассуждения о природе души, о различиях между «живой смертью» и «мёртвой жизнью», цитируя трактаты давно забытых магистров. Король слушал, прикрыв глаза, и его дыхание с присвистом вырывалось из груди. Наконец он поднял руку, прерывая некроманта на полуслове.
— Довольно, Альдрик, — прохрипел монарх. — Твои изыскания, без сомнения, ценны, но сейчас нам нужно не знание причин, а способ действия. Святой отец Бранд. Твоё слово.
Жрец Огня поднялся резко, словно пружина. Мощная фигура в тёмно-красной рясе возвышалась над столом. Монахи за его спиной вскинули головы, и свет факелов отразился в их глазах фанатичным блеском.
— Ваше Величество! — говорил он зычно и раскатисто. — Эти учёные мужи ищут сложные ответы там, где ответ прост и лежит на поверхности! В «Книге Пламени», в главе седьмой, стих двенадцатый, сказано: «И выйдут из Бездны порождения Тьмы, что не имеют своей души, но алчут душ живых, дабы наполнить пустоту свою». Это не хворь и не магическая аномалия. Это одержимость! В тела этих несчастных вселяются демоны низшего порядка, пожиратели плоти, имя которым в Писании, «Глодающие»! Они не подчиняются магии, ибо не являются нежитью. Они не лечатся травами, ибо не являются больными. Они — сосуды для скверны! И единственное, чего боится скверна, единственное, что очищает от неё и возвращает тело Камню-Основателю, — это очистительный Огонь!