Сайла открыла глаза, когда они вошли. Она не изменила позы, не встала, не поправила волосы. Просто посмотрела на них. Взгляд скользнул по Бейру, остановился на Вейне, снова вернулся к Бейру. Молча. Оценивающе. Как полководец, оглядывающий поле перед боем.
— Рад, что ты жива, — произнёс Бейр, опускаясь в кресло напротив Сайлы. — Я слышал о площади. О девочках… Соболезную.
— Потом, — отрезала Сайла. — Что ты выяснил?
Голос её звучал ровно, жёстко. Ни следа той слабости, которую я видел час назад, когда она шептала имена погибших послушниц. Маска была надета. Плотно, без щелей. Перед Бейром и Вейном сидела не побитая, испуганная женщина, а Леди Сайла, советница короны, волшебница Башни Шёпота. Человек, который принимает решения, а не оплакивает потери.
Бейр, судя по всему, привык к её манерам. Он не стал тратить время на любезности и перешёл к делу.
— Я исследовал образцы. Кровь заражённых, ткани, эфирные слепки. Всё, что смог добыть, пока монахи не сожгли лечебницу. То, что они называют «Глодателями» и объявили низшими демонами, совсем не демоны. Никаких следов инородного присутствия. Ни серы, ни искажений ауры, ничего. Это болезнь. Вирус. Он поражает мозг. Сначала выжигает высшие функции, речь, память, страх, способность мыслить. Потом перезапускает ствол. Остаётся только голод. Движение. Тело оживает, но человека внутри уже нет. Пустая оболочка. Ходячий труп, движимый примитивным инстинктом.
Маг замолчал, давая словам осесть. Его пальцы, унизанные перстнями с мутными камнями, нервно барабанили по навершию посоха. Он смотрел не на Сайлу, а куда-то в пространство перед собой, словно видел там что-то, невидимое остальным.
— Я работал с образцами всю ночь, — добавил он тише. — То, что осталось от лечебницы, то, что я успел забрать до взрыва. Фрагменты тканей, слепки ауры, анализ крови. Всё указывает на одно. Это не магия. Не проклятие. Не демоны. Это болезнь. Такая же болезнь, как чума или оспа, только другая. Новая. Такой мир ещё не видел.
— А лечение? — спросила Сайла.
Бейр покачал головой.
— Пока нет. Возможно, со временем. Если удастся изучить вирус подробнее, найти его слабые места. Но для этого нужны образцы, время, ресурсы. И живые подопытные.
— Живые? — переспросила Сайла, и её голос стал ещё холоднее.
— Живые заражённые, — уточнил Бейр, и по его лицу пробежала тень неудобства. — Те, кого ещё не убили и не сожгли. Если они вообще остались.
Он посмотрел на неё, и в его взгляде я прочёл вопрос, который он не решался задать вслух. Вопрос учёного, готового переступить черту ради знания, но нуждающегося в чьём-то разрешении.
Сайла не ответила. Она повернулась к Вейну, потом вновь к магу.
— Откуда оно? — спросила она наконец.
— С Архипелага. Его привезли. Намеренно.
В разговор вступил второй. Следователь. Он шагнул к столу, положил папку на столешницу и раскрыл её. Пальцы у него были длинные, с аккуратно подстриженными ногтями. Пальцы человека, который привык работать с бумагами, а не с мечом.
— Леди Сайла, — произнёс он ровным, сухим тоном. — Моё имя, как вы знаете, Эдрик Вейн. Я служу короне по части дознания. Его Величество, да продлит Камень его дни, поручил мне расследование обстоятельств прибытия заражённого корабля. Я поднял портовые документы, допросил портовых чиновников, проследил цепочки платежей. Корабль, который пришёл с заражёнными, числился за купцом по имени Орсон. Частная торговля пряностями. Так было записано в портовых книгах.
— Орсон? — нахмурилась Сайла. — Не припомню такого купца.
— Потому что его не существует, — перевернул лист в папке Вейн. — Подставное лицо. Я копнул глубже. Деньги на экспедицию шли через цепочку подставных счетов, через три торговых дома, два из которых фиктивные. Но след, если идти по нему достаточно упорно, привёл в аббатство Святого Пламени.
Сайла выпрямилась в кресле. Глаза её сузились, превратившись в две ледяные щёлочки.
— Монахи? — переспросила она, и в её голосе зазвенел металл.
— Именно, — подтвердил Вейн. — Орден Огня снарядил этот корабль. Под чужим именем. Под чужим флагом. Но под королевским гербом, который они подделали. Они хотели, чтобы все, начиная от портового грузчика до лорда в замке подумали, будто корона привезла чуму. Чтобы обвинить короля. Вызвать гнев народа. А потом прийти самим, с огнём, с молитвами, как спасители. Как те, кто очистит город от скверны, которую, якобы, принесла корона.