— Это их проблемы, — отмахнулся я. — Не наши.
— Пока мы находимся на территории Империи — наши, — не согласилась Маи. — Его главный шпион — Ольгерд ф. Эйнц — опасный человек. Нам надлежит быть осторожными…
— Кого я вижу! — бард уже закончил выступать и получил заслуженные аплодисменты. На нём были теперь тёмно-синие штаны. Однако его торс был оголён, да и сам он был на босу ногу. — Такая красивая дама достойна того, чтобы спеть о ней песню! — то есть он не меня заметил. — Позвольте, уважаемая госпожа, пройти со мной, под прекрасную, белую Луну! Я подарю вам ночь, о которой вы не забудете!
— Слушай, а что это за идиот? — спросила она у меня.
— Откуда я знаю? — пожал я плечами. — Представился Васильком, поёт тут разные песенки.
— О. какие неприятные слова от вас, прекрасная дама! — схватился за сердце бард. — Они словно ледяные стрелы, пронзают моё сердце холодом убийственным. Но… Как и сказал сей старик, — кивнул он на меня. — Я Василёк, странствующий бард. Шёл я из Ридермарка, куда явился сложить песню про погромы, под тенью Великих Гор искал я вдохновение, а после в Грюнтурбург направился и вот… Вдохновение я нашёл.
Сир Ян прыснул, тем самым выплюнув вино. Порой считаю, что обучать его кхандарскому — было лишним. Лучше бы и дальше оставался необученной невеждой.
— Так что, прекрасная дама, вы согласитесь со мной провести ночь?
— Слушай, клянусь Неб… — я стукнул её ногой под столом. Пусть её внешность и экзотична в целом для Империи, но на юге появляются люди из народа Махото. Поэтому на неё мало кто обращает внимание. А вот поклясться небесами — значит приписать себя к Небесной Империи. И это уже может навести на нас подозрения. — Короче — иди-ка ты нахер, иначе я тебе твою лютню в задницу запихаю!
— Ох, какой серьёзный отказ, и волны бьются о великие северные скалы Королевства Нортсов куда мягче, чем твои слова о сердце моё… — у меня закатились глаза. — Сердце льду подобно. Но не переживай… Я растоплю его, подобно пламени.
Маи хотела ещё что-то сказать, но я взглянул ей в глаза и покачал головой. В её представлении — этот бард слабак. А я помню, что она хочет себе мужчину сильного. И учитывая менталитет «ухаживание» — для неё слово странное… Как минимум. Она девушка дела… И единственное дело, что она может сделать с этим бардом — действительно лишь затолкать ему его лютню в зад.
— Я спать, — буркнула она, схватив мою кружку с вином, что я наполнил буквально пару мгновений назад.
— Эй, это моя кружка! — запротестовал я.
— Попроси ещё одну, — отрезала она, скрывшись на втором этаже.
— Уважаемые господа, — Василёк сел за наш стол. — Я решительно заявляю, что сражён красотой вашей спутницы, как я понял. Быть может, ежели я поставлю вам выпивку, вы скажете мне как мне проложить путь к её сердцу?
— Стань достаточно сильным, чтобы одолеть Однорукого Кройфа, — ответствовал я и подняв руку, подозвал разносчицу, потребовав ещё кружку. — И глинтвейн, пожалуйста, — докончил я свою просьбу.
— Кройфа? — спросил Василёк. — Воистину какая чудная женщина… Но ради неё я несомненно и дракону противостоять готов!
— Помянем тебя, — иронично отметил сир Ян, когда нам принесли ещё выпивки. — Помянем.
Глава 60
Болезнь принца
Утро началось не с кофе. Откровенно говоря — оно уже для меня давно не начиналось с кружки капучино. В лучшем случае — я будился и сразу пил что-нибудь алкогольное, глинтвейн, к примеру. И вроде бы мы остановились в таверне, не самой богатой, но с хорошей крышей над головой. Да, пришлось спать на полу, в то время как грёбанный Ян Дорап храпел на ближайшую околицу. Но я уже привык… И к его храпу, и к твёрдым да неприятными поверхностям. Ведь я множество раз ночевал в куда более худших местах, чем пол таверны. И даже таракан, которого я прихлопнул, как только проснулся — лишь убедил меня в том, что всё не так плохо. Надо только помыться и можно приступать к очередному дню.
Нам надлежало продолжить наш путь в Южный Порт, чтобы доставить Маи и её подопечного, Аки, по-видимому на корабль. Дальше Южного Порта уже была не наша юрисдикция. Сир Ян, к слову, был бы одним из наёмников, которых Горо нанимал для отвлечения внимания. Старик не мог бы позволить тому, чтобы Дорап, не знающий превосходно язык и обычаи Кхандра — сопровождал по трети территории этого государства — аж целого наследника враждебной Империи. Видимо это то, что я изменил. Я присел на матрасе и потянулся, злобно припомнив пару матерных выражений, которым обучился в первой жизни. Но выбора не было…