Следующим днём, после нашей ночёвки, я отправился к виденной Фаретом и Гаретом небольшим озером. Помыться… Этот мир пока что застрял в средневековье и пусть я действительно могу вытянуть его из этого тёмного времени, на данный момент я ещё ничего не сделал. А ведь у меня в памяти есть зарубки насчёт основных вех развития человечества. Впрочем, не стоит говорить, что этот мир деградирующий. Да, две тысячи лет, насколько я правильно понял, здесь прогресс был крайне медленным. В лучшем случае перескочили раннего средневековья на высокое и сейчас переходим на позднее… По моим оценкам. Да, меня хвалила учитель истории, а с университетской я даже спал определённое время в своей жизни… Но это не значит, что я ориентируюсь в истории и её терминах идеально. Впрочем и задумываться об этом не стоит… Когда стану Герцогом, турнув братца куда подальше, займусь преображением своих земель. Да, жить, как герцог, причём богатейший в этой части континента — мысль привлекательная и вполне удовлетворяющая мои запросы. У меня будет замок, вотчина, деньги…
Но разве всего этого достаточно? Лично я ненавижу… Ненавижу эту эпоху, ненавижу текущее техническое развитие… Ненавижу нравы, царящие вокруг. Поэтому, в своё время — я точно уверен, что озадачусь всем… Правда до тех пор дожить ещё надо. Сбросив одежду, я вошёл в прохладную, слегка мутноватую воду. Мои руки намочили волосы и я хорошенько вымыл их, а после и всё тело…
— О, ты моешься, — произнёс знакомый голосок. Мыцарь Блэкмон тоже встал с утра пораньше.
— Уже проснулся, Мыцарь, — я вышел из воды и, подняв кусок ткани, который определил в «полотенца», старательно обтёрся, после начав одеваться. — Не хочешь окунуться?
— Я не люблю умываться, — произнёс он. — Да и воду не люблю, — признался мальчик. — В Чёрной Вершине, в некоторых комнатах — вода постоянно капает. Кап, кап, кап, кап… Это раздражает.
— Да, вот только, если мыться — ты будешь чистым и у тебя в теле будет соблюдаться баланс гуморов, — припомнил я термины здешних лекарей. Как вирусы, бактерии и паразиты? Без микроскопа вы ничего не увидите и не поймёте природу недугов. Пусть некоторые и сами догадались до того, почему протекает болезнь. Но в большинстве своём — здешние врачи могут только хуже сделать. Так что в случае с болезнями — лучшее оружие — это профилактика.
— Наставник Розх тоже самое говорит, как и мама, — вздохнул он. — А теперь ещё и ты.
— Твой наставник мудр, как и твоя мама, — отметил я. — Ну, умоешься?
— Даже не знаю, — задумался ребёнок.
— Если ты хочешь действительно стать моим оруженосцем, ну или чашником, ибо я не рыцарь и не могу взять оруженосца, так что ты можешь пребывать в титуле чашника, виночерпия, что держит путь со мной, так сказать, то тебе придётся удовлетворять некоторые мои пожелания… И одно из них — чистоплотность, Мыцарь. Я очень чистоплотный и стараюсь мыться два раза в день, хоть не всегда и выходит. И ты либо будешь мыться так же, либо навсегда забудешь о своём желании…
— Подумаешь, — нахохлился он. — Не стану, так не стану…
— А что, ежели я скажу тебе, — я закончил одеваться. — Как именно контролировать твою силу? Как стать сильнее? Научу тебя бою?
— Мой брат может обучить меня бою… Тектон был тем, кто атаковал Северные острова и уничтожил десятки кланов, убив тысячи людей в бою!
— Он не столь же силён, что и ты, и ты сам это говорил. А вот я — силён…
— И чтобы ты меня учил, мне нужно помыться?
— Нужно не просто сейчас окунуться, но и придерживаться чистоты до конца дней своих…
— Слишком трудно, — пожаловался он. — Ладно, если действительно научишь мне как стать ещё сильнее…
Мальчик разделся и принял водные процедуры…
— Ну что? — спросил он, когда я уставился на его пах. Фимоз? Неприятная штука… И чего не исправили, или боялись, что что-то повредят? Или не смогли пробить его кожу, дабы подвергнуть усекновению плоть…
— У тебя с твоим членом точно всё нормально?
— Э… Ты вообще точно по бабам? Папа говорит, что только мужеложцы смотрят на чужие писюнчики, — Мыцарь даже на шаг отступил.
— Дурень ты, мелкий, — тяжело вздохнул я. — Я про нарост. Тебе не пытались его срезать?
— Аааааа…. — протянул он. — Лекарь говорил мне, что я могу не иметь детей. Они пытались провести «обрезание». И даже звали лекаря из Республики… Но ничто не может по-настоящему пробить мою кожу, — пожаловался он. — Я почувствовал что-то похожее на боль лишь с тобой… Точно! Может ты мне в этом поможешь⁈