В его словах есть здравое зерно. Но лишь зерно… Я прекрасно понимаю чего хочу. Может этот путь возвращения займёт годы, может десятилетия. Но я помню чего я лишился, умерев в двадцать первом веке. Я помню чего лишился Люцион! Именно это и движет мной. Не только месть, но желание… Желание вернуть то, чего я достоин. И не словам наставника, насколько бы они не были верны, меня переубеждать. Осталось только подумать о том, как набрать верных людей и вернуться в Грандхолл не нищим, странствующим Рыцарем, пусть и наследником, которого прирежут. А человеком, которого трогать будут бояться… Надо будет найти ресурсы на всё это. Но это… Если выживу в этой грёбанной, адской пещере!
Глава 19
Тьма Великих Гор (4). Свет надежды
Иронично… Столько золота вокруг… Ощущение, что от сокровищ, что здесь запрятаны, можно купить целое Королевство. Но… Мы ограничены. Мы не можем взять всё с собой дальше. Во-первых — я даже полностью не восстановился от ран, что мне нанесли Гольцы. А во-вторых — даже относительно меня здоровый Сир Ян не способен много утянуть на себе. Тем не менее… Мы набили все наши карманы, все мешочки, что имели с собой. Вытрясли все монетки, что имели при себе из кошелей и набили их золотом. Более того, Сир Ян проявил типичную смекалку, уровня типичного мародёра и, что не смог впихнуть в свои вещи, повесил на себя, точнее — повесил на себя парочку ожерелий, подвесок и даже серёжек.
Финальный вид Сира Яна, который предстал мне после того, как он расфасовал все сокровища по карманам, а особенно — надел на себя те, которые в карманы не вмещались — чуть не прибил меня смехом. Выглядел он, как помесь индюка с петухом. Цветастый… Был похож на одну виденную мной дамочку в Париже. Дамочка была личной шл… женщиной одного богатого мужчины. Оба происходили из стран восточной Европы. И эта… «фифа», как её обозвали, буквально была истыкана разного рода драгоценностями. Их там было настолько много, что я подумал, будто у меня сейчас эпилепсия начнётся. И всё это лишь ради того, чтобы выделить себя над обычным, средним классом.
Показать могущество, силу и власть. Хотя… Как говорил мне дедушка, а после и подтвердил репетитор по этикету — настоящей сильной личности нет дела до внешней мишуры. Нет дела до того, чтобы кричать о том, насколько она, эта личность, сильна и крута. Он просто делает что определил и таким образом и считается «сильной личностью»… Как говорится: «любой, кто должен кричать что он Король — не настоящий Король». Если утрировать… Но сейчас не время разбирать философию вымышленных персонажей и накладывать их на поведение в моём, родном мире. Мы всё ещё находимся в Пещерах Великих Гор, в которых кишат мерзкие Гольцы.
— Кстати говоря, — Сир Ян помог мне встать. Мало того, что я ранен, так он запряг меня тащить часть его сокровищ. Но с другой стороны — что мне жаловаться? Я раздобыл невероятно ценный меч. Только бы алмаз скрутить с основания рукояти, а не то ведь — с Ларцигов станется затребовать меч себе. И не важно где я буду — Ларциги — богатейший род континента. Достанут… Гранды, если брать все благородные дома Континента — лишь пятые. Ларциги, Мризы, Аурундлихи, Нортсы и только потом мы… Мы богаче даже Королей домов Дюшам и Флауэрс. Но что толку, если первое: мы всё ещё Герцоги. А второе — я не могу пользоваться своей властью полностью. — Ты ведь сражался с отрядом тех особенных Гольцев. И по твоим утверждениям — один из них даже немного знал Лидерольонский.
— Да, было дело, — кивнул я, отчего моя шея слегка хрустнула и её пробила фантомная боль. — Надеюсь, мы с похожими не столкнёмся. Они меня чуть не убили. Те ублюдки оказались куда ловчее обычных. Вот уж точно — не можешь пересилить физически — используй другие особенности своего тела.
— Ага, — подтвердил Сир Ян, затем вдруг вздохнул. — В Кушанире есть гильдия убийц — Сестринство Азы. Её члены — все сплошь женщины, причём прекраснейшие женщины тех земель, экзотичные. Многие Имперские полководцы пали от их рук. Знаешь, их излюбленный метод убийства — через секс. Мужчина наиболее расслаблен, когда находится с женщиной, — кивком я указал на то, что могу идти сам и Сир Ян прекратил мне помогать. — Они дают им себя. И во время… Ну, ты понимаешь.