— У меня есть метка, — сказал Шенн. — В полдень тень от башни укажет, где искать.
— Полдень давно миновал, — проговорил Семир. — И что нам делать?
— Пока идем к башне.
— А я бы из леса не выходил, — заметил Маррод. — Здесь опасно.
— Откуда тебе знать? — усмехнулся Эрбин. — Пошли к башне! Я надеюсь, там можно кое–что найти…
Эшнарец ковырнул ногой обломок керамической плиты и деловито заглянул под него.
— Вам платят достаточно, чтобы не рыться в руинах, — холодно сказал Шенн.
— Еще не заплатили, мастер, еще не заплатили! — ответил Эрбин, жадно оглядывая заросшие травой обломки построек. — И одно другому не помешает… Ага, нашел! Асир!
Вольный воин поднял с земли драгоценность и вытер о рукав.
— Точно — асир! — подтвердил Кронир. — Только другой. Дай посмотреть.
Он попытался взять камень у эшнарца, но тот мгновенно отдернул руку.
— Чего там смотреть? — сказал Эрбин, пряча камень в карман. — Асир и в Кхиноре — асир!
— А ну, не разбредаться! — приказал Хаггар. — Морроны могут быть поблизости.
— Что им тут делать? — спросил Кронир. Он, как и Эрбин, стал осматривать ближайшие развалины.
— Хватит болтать. Идем к башне! — скомандовал десятник.
Издалека казавшаяся тонкой и ажурной, вблизи башня выглядела иной, и по толщине стен могла поспорить с цитаделью Ринересса. По расположению упавших обломков было ясно, с какой стороны нанесли удар разгневанные боги. Удар, уничтоживший целый город и целый народ. За что? — в который раз спрашивал себя Шенн. Мастер Стирг дал туманный ответ. Юноше его не хватило, и Шенн рассчитывал найти его в руинах Анвинора.
— Вы только посмотрите! — показал Семир. На земле лежали останки разбитых статуй, но даже эти осколки изумляли мастерством неизвестных скульпторов, безукоризненностью форм и обилием деталей. Шенн жадно оглядывал их, всматриваясь в сколотые руны, взахлеб читал, позабыв обо всем.
— Мастер, идти надо, — коснулся фагира Хаггар.
— Да–да, сейчас, — Шенн свернул свиток, в который наскоро заносил самое важное из прочитанного, и с сожалением последовал за десятником. Сколько сокровищ лежит здесь, сколько тайн! И ему, как никогда, захотелось исполнить волю учителя, принести в Арнир оружие богов и изгнать морронов. А тогда уже вернуться и узнать, что еще скрывают руины Анвинора.
Отряд миновал остов акведука, от которого осталось несколько украшенных фресками арок. Подумать только: когда–то по нему текла вода, жители пили ее и поили животных, поливали городские сады…
— В полдень тень от башни падает примерно туда, — показал фагиру Хаггар. — Вон за те развалины.
— Пожалуй, — согласился Шенн. — Там и встанем лагерем.
Место нашли неплохое: с одной стороны стоянку закрывала часть обрушившейся стены, с другой — нагромождение рухнувших колонн. Жечь костер Хаггар запретил — дым будет виден издалека, и воинам пришлось довольствоваться остатками вяленого мяса и сухарями.
— На охоту бы сходить, — сказал Семир. — А, Хаггар?
— Надо бы. Но не сейчас.
Воины осторожно исследовали ближайшие руины, но в них ничего и никого не было, кроме птичьих гнезд, нескольких пугливых грызунов и змей, торопливо уползавших под камни.
Солнце коснулось остова башни и скрылось за ним. Шенн, разбиравший высеченные на рухнувшей стеле надписи, вздохнул и прервал свое занятие. Стало темнеть, да и глаза устали.
— У тебя такой вид, — сказала Далмира, — словно ты узнал что–то… небывалое.
— Да, все что ты видишь вокруг — небывалое!
— Это просто развалины города, — пожала плечами девушка.
— Нет! Не просто! — Шенн взмахнул рукой. — Это был великий город!
— Ринересс тоже велик, — вставил проходивший мимо Кронир.
— Да разве сравнится Ринересс с этим?! — разволновался Шенн. — Будь вы хоть немного знакомы с механикой, скульптурой, зодчеством — тогда бы вы поняли, насколько велик Анвинор! Я бывал в Ринерессе и знаю, о чем говорю! Вы видите лишь руины, а я… По этим обломкам я вижу, что было здесь сотни лет назад, вижу, чего достигли древние — и я восторгаюсь! Эльды по праву владели миром…
Шенн почувствовал чей–то взгляд и обернулся: скрестив руки на груди, его слушал Маррод.
— Думаю, ты прав, мастер, — сказал он.
— Ты тоже так думаешь?
— Да.
На ночь оставили двух дозорных. Спать на голых камнях было холодно. Солнце нагрело их за день, но ночь быстро высасывала оставшееся тепло. Далмира нашла заросший травой клочок земли и постелила на него плащ. Плащ Улнара. Воин дал его ей еще тогда, в пустыне, когда увидел, что она мерзнет… Шенн не увидел, был, как всегда, занят своими планами. А Улнар… Почему он ушел? Куда?