Стоявший за Ли Уолтер Тейлор обратился к Руди: — Ваши друзья все хорошей комплекции.
Он был прав. Самый маленький из мужчин в пятнистых одеждах примерно был пяти футов десяти дюймов ростом. Большинство из них было под шесть футов; два или три были такими же огромными, как Руди. Все выглядели достаточно упитанными, несмотря на войну и суровые зимы. Когда Ли и его помощники подъехали, то сразу оказались в центре внимания солдат Конфедерации. Люди из Ривингтона практически не обратили на них внимания. Некоторые из них приветствовали Руди кивком или жестом. Большинство же просто продолжало отслеживать работу рабов, принимавших ящики с поезда.
— У ваших ребят такой же интересный акцент, как и у вас, — заметил Чарльз Венейбл.
— Мы земляки, — спокойно сказал Руди. Ли улыбнулся: ответ Руди в равной степени был и вежливым и не познавательным. Руди дал много таких неинформативных ответов за последние несколько дней. Ли сказал сам себе, что эшелон с огромным количеством автоматов и патронов дает ему право держать язык за зубами.
Ли спешился вслед за помощниками и Руди. Военный с двумя планками по обе стороны воротника подошел к ним. Такое лицо, подумал Ли, совсем не подходит для усов, что он носит — прямо как у генерала федералов Бернсайда. Тот отдал честь.
— Асбури Финч, сэр, 21-й полк, Джорджия.
— Да, лейтенант. Я получил Вашу телеграмму.
— К Вашим услугам, сэр. — Финч направил свой взгляд на Андриса Руди, который подошел поприветствовать своих товарищей. — Значит, вы уже встречались с одним из этой компании, сэр? Они сделали просто чудеса в Ривингтоне.
— Я был командующим в Северной Каролине пару лет назад, лейтенант, но, должен признаться, не запомнил этот город, — сказал Ли.
— Пару лет назад, господин генерал, там и не было ничего — просто городок, не заслуживающий даже остановки поезда. Но сейчас, благодаря этим людям, он получил большой толчок к развитию. За последние три-четыре месяца были построены новые дома, склады и многое другое. Я услышал это от одного из людей, которые жили там всю свою жизнь, когда мы грузили эти ящики. И они платят за все золотом, и платят много, по его словам.
— Неудивительно, что золотом, — сказал Ли. Бумажные деньги ослабли до такой степени, что туфли оценивались в зарплату рядового за три или четыре месяца. Это было одной из причин того, что так много мужчин в армии Северной Вирджинии ходили практически босиком, даже зимой. Да и вообще не было достаточного количества обуви, независимо от цены.
— Жаль, что они не пришли год назад, — сказал Уолтер Тейлор. — Только подумайте, что бы мы могли сделать, имея эти винтовки, в Чанселорсвилле или в Пенсильвании.
— Я думал об этом много раз за последние несколько дней, майор, — сказал Ли. — Что прошло, то прошло, случившегося не изменишь.
— Это оружие, оно действительно настолько хорошо, сэр? — спросил Финч.
— Действительно, лейтенант, — сказал Тейлор. — Из-за этого я чувствую, что мы держим в руках курицу, несущую золотые яйца.
— Или это она держит нас за яйца, гм, простите, сэр, — сказал Чарльз Маршалл кислым голосом.
Ли пристально посмотрел на него. Маршалл так и не принял Андриса Руди, как остальные. Подумав, Ли решил, что он прав. Эшелоны автоматических карабинов могут спасти Конфедерацию. Но если Руди и его друзья были единственным их источником, они держали Юг за горло. Конечно, они не сжимали его сейчас. Однако, если бы они вдруг решили…
— Майор Маршалл? — сказал Ли.
— Сэр?
— Пожалуйста, подготовьте письмо полковнику Горгасу в Ричмонд. Я хотел бы высказать свое мнение относительно целесообразности иметь свое производство этого оружия, как мы делаем сейчас с винтовками Спрингфилда в Миссисипи. Когда первая партия винтовок окажется в наших руках, мы могли бы также отправить один из комплектов патронов полковнику Рэйнсу в Джорджию, который, как мне кажется, самый опытный человек в Бюро боеприпасов по вопросам, касающимся пороха. Возможно, он сможет просветить нас в том, почему эти боеприпасы дают так мало дыма.