Ли вышел из епископальной церкви Святого Павла. Тень, отбрасываемая конной статуей Джорджа Вашингтона на Девятую улицу с площади Капитолия, закрывала от глаз низкое, бледное, зимнее солнце. Джефферсон Дэвис, вышедший вслед за ним, сказал: — Хорошая проповедь, вы согласны?
— Да, как и всегда, — сказал Ли. — Господин президент, позвольте мне еще раз сказать, как я благодарен, что вы согласились стать моим военным министром. Я долго не решался просить вас об этом, боясь, что вы посчитаете это ниже вашего достоинства после поста президента.
Дэвис фыркнул.
— Какая ерунда, сэр, в соответствии с Конституцией я не могу больше быть президентом. И если я хочу остаться в политике, то новый статус неминуемо будет на более низком уровне. То, что вы предложили, мне подходит хорошо, и я рад этому.
Ли собирался ответить, когда из тени прозвучал робкий голос: — Прошу прощения, генерал Ли, сэр.
Нахмурившись, он повернулся к тому, кто осмелился прервать его разговор с президентом Дэвисом. Он увидел гладколицего солдата в поношенном мундире, прижавшего к груди сверток, обмотанный грубой оберточной бумагой и перевязанный шпагатом.
— Да, рядовой..? — спросил он вежливо, но грозно. Солдат, который при ближайшем рассмотрении оказался не настолько молод, чтобы не мог носить бороду, нерешительно оторвал руку со свертком от груди.
— М… Мелвин Бин, сэр, 47-й полк Северной Каролины. У меня здесь книга, которую вы должны увидеть, сэр.
— Не следует настолько наглеть, молодой человек, — нетерпеливо сказал Джефферсон Дэвис. Он пошел дальше, оглядываясь назад, как бы призывая Ли последовать за ним.
Ли сделал шаг, когда рядовой сказал то, что заставило его остановиться: — Это книга из Ривингтона, сэр.
— Точно? — спросил Ли. Дэвис уже отошел слишком далеко, чтобы слышать разговор, но, видя, что рядовой солдат каким-то образом привлек внимание Ли, он пожал плечами и направился к президентскому особняку.
— Да, сэр, безусловно, — сказал Мелвин Бин. Рядовой сглотнул, облизал губы, а затем продолжил дальше прерывающимся шепотом: — И еще, вы должны знать, сэр, что внутри этой вот книги, в общем, там говорится, что она была напечатана в тысяча девятьсот шестидесятом году, сэр.
— О Боже, — тихо сказал Ли. Рядовой Бин, казалось, готов был немедленно удрать. И Ли не винил его за это. Сам-то он знал тайну мужчин из Ривингтона. Но если этот рядовой каким-то образом наткнулся на нее тоже, не только ему самому трудно было поверить в это — еще труднее ему было бы убедить в этом кого-нибудь другого. Ли быстро принял решение: — Рядовой, вам лучше направиться со мной в отель «Похатан Хаус». Я непременно должен это видеть. Вы верхом?
— Нет, сэр, приехал на поезде. — Мелвин Бин ошарашенно уставился на него и выпалил: — Вы… Вы имеете в виду, что вы мне верите, сэр? Вот так сразу?
— Вот так сразу, — согласился Ли серьезно. — Подождите здесь минутку, пожалуйста.
Он зашел обратно в церковь, поговорил с церковным служкой, а затем вернулся к рядовому Бину.
— Ну вот, теперь за Странником приглядят. Пройдем сначала на площадь Капитолия, а затем в отель. Кстати, не будете ли вы так так любезны сказать мне название этого издания?
— Оно называется «Иллюстрированная история гражданской войны», сэр, — сказал солдат.
— Иллюстрированная история гражданской войны? Напечатанная в 1960 году, вы сказали?
Дрожь удивления пробежала по спине Ли. Ему стало безумно интересно, как Вторая американская революция смотрелась с расстояния в сто лет. Ли и Мелвин Бин свернули направо с Девятой на Брод-стрит.
— Расскажите мне для начала, как она появилась в вашем распоряжении.
Прозвучавшая история была совершенно запутанной, и оставила у него впечатление какой-то недоговоренности. Она заключалась в том, что женщина, подруга Бина, фактически заполучила книгу без ведома ривингтонцев, а пару раз рядовой сказал: «я», имея в виду «она». Ли не стал давить на него. Ради этой неожиданной книги — из I960-го года! — он был готов не заметить и не такое. Рядовой Бин, судя по его говору, был деревенским парнем. Ли ожидал, что он остолбенеет от красно-бархатного, с золотистой отделкой великолепия вестибюля «Похатан Хаус», но тот прошел его, не оборачиваясь, побормотав что-то вроде «Это не „Нехилтон“.
Ли запустил его в свою комнату и закрыл за ними дверь. Он зажег свет газового фонаря и пододвинул еще один стул для Мелвина Бина.
— Теперь, если позволите, книгу.
В ожидании, он натянул очки. Бин вручил ему сверток. Он разрезал бечевку перочинным ножом, развернул бумажную обертку и долго смотрел на книгу, прежде чем открыть ее. Невероятное качество печати поразило его сразу. Он тихо присвистнул, когда увидел список авторов и дату публикации. Затем перевернул страницу и углубился в чтение. Его прямо затрясло, когда он прочитал, что война закончилась поражением Юга. Затем он взял себя в руки и тихо сказал: — Так вот что было бы, если бы люди из Ривингтон не пришли к нам.