— Мистер Руди, у вас ко мне есть вопросы?
— Я хотел бы поговорить с вами наедине, если, конечно, можно, генерал Ли, — сказал Руди.
— Подождите немного, пока я не закончу разговор с этими господами, сэр, а потом я в вашем распоряжении, — сказал Ли.
Штабные офицеры выразили свое молчаливое согласие — в отличии от остальных, поднявших в недоумении брови. Ведь Руди совершенно не скрывал свою неказистую пятнистую одежду, характерную для ривингтонцев. Но Ли не дал окружающим ни малейшего шанса углубиться в эту тему: — Итак, господа, давайте обсудим наши диспозиции у Мидлбурга.
Через некоторое время большинство командиров дивизий и бригад, получив указания, уже уехали, чтобы заняться их исполнением. Он посмотрел на своих помощников. Они уже отъехали в сторону на пятнадцать-двадцать ярдов. Ли кивнул Андрису Руди. Его конь подошел и встал бок о бок со Странником.
— Итак, что я могу сделать для вас, сэр? — спросил Ли.
Ответ Руди сразу поразил его: — Вы можете отменить свой приказ о лечении захваченных кафров-негров — наравне с белыми военнопленными. Мало того, генерал Ли, это нужно сделать немедленно.
— Нет. И позвольте мне напомнить вам, что у вас нет права командовать мной, сэр, — холодно сказал Ли. — Кроме того, что этого требует гуманизм, есть и практическая ценность для нас: дело в том, что федералы громогласно обещали истязать захваченных в плен конфедератов в той же степени, в которой мы злонамеренно будем причинять вред их солдатам.
— Если вы один раз вступите на дорогу, ведущую к равноправию негров, генерал Ли, то вам и в дальнейшем не удастся свернуть с нее. — Голос Руди звучал уже менее настойчиво, чем за мгновение до того, но он был, по-прежнему, очень серьезным. — Все это не поможет в победе над США, генерал. В общем, если вы не примете нашу просьбу во внимание, то мы не сможем помогать вам и дальше с боеприпасами.
Ли повернул голову и пристально посмотрел на ривингтонца. Улыбка Руди была весьма неприветливой.
Ли медленно кивнул. Мысленно, он был готов, к тому, что сейчас происходило. Тогда он ответил: — Если даже президент Дэвис прикажет мне сделать такое, сэр, то я тут же подам в отставку — а пока я просто повторю вам то, что сказал минуту назад: Нет.
Он пришпорил Странника, оставив Руди позади.
Руди, однако, не отстал от него — он был лучшим наездником, чем казался. И продолжил: — Подумайте, о своем решении, генерал. И помните — что произойдет с Конфедерацией без нашего оружия.
— Я помню, что вы говорили, — ответил Ли, пожимая плечами. — Но у меня нет возможности проверить ваши слова — я просто не доживу до этого. И я также прошу вас самого вспомнить о том, что если наше дело будет проиграно, то не оправдаются и ваши надежды. Действуйте, как подсказывает вам ваша совесть, мистер Руди — ну а я буду действовать по своей.
Теперь настала очередь Руди пораженно посмотреть на Ли.
— Вы в состоянии пожертвовать своей драгоценной Вирджинией ради кафров, которые будут делать все возможное, чтобы убивать ваших людей?
— Недавно генерал Форрест говорил, что война означает борьбу — а борьба означает убийство. Но есть принципиальная разница между погибшими на поле боя — где враги сталкиваются друг с другом, человек против человека, а армия против армии — и убийством беззащитных пленных после боевых действий. Это различие, если хотите — это различие между человеком и животным, сэр. И если вы этого не понимаете — мне только остается молиться перед Богом о спасении вашей души.
— Убеждения в моем сердце таковы, генерал Ли, что Бог установил, что белые люди должны господствовать над неграми, — ответил Руди. И Ли, привыкший разгадывать характеры людей, не разглядел в его тоне, ничего, кроме убежденной искренности.
Ривингтонец продолжил: — Что касается генерала Форреста, то его люди не заботились о какой-то высокой нравственности, когда они захватили форт Пиллоу в прошлом месяце. Они там взяли в плен кафров и просто-напросто выпотрошили их.
Рот Ли скривился в гримасе отвращения. Отчет о резне в форте до него, конечно, доходил. На мгновение, он задал себе вопрос, откуда Руди услышал об этом. Затем он покачал головой, досадуя на себя. Ведь Руди знал об этом всем, еще полтора века спустя.
Ли сказал: — Генерал Форрест не находится под моим командованием. Я никогда не отрицал его способности, как командира. О других его качествах я не настолько хорошо информирован.