Бармен, ирландец внушительных размеров, посмотрел на него сверху вниз.
— Он же сам южанин и ничем от тебя не отличается.
Коделл заткнулся. Судя по некоторым историям, которые он слышал о пристрастиях Гранта к алкоголю, бармен, возможно даже, говорил правду.
Генерал федералов Джо Хукер широко прославился своим пьянством у Уилларда, так что неудивительно, что этот развеселый квартал получил его имя. Коделл сторонился того, что местные жители называли блядским кварталом Хукера. Южане, которые ходили сюда, чтобы посетить такие заведения, как Горячая Духовка мадам Рассел, или притон Ласковой Энни Лайл, быстро опустошили свои карманы. Шулера, карманники, шпана и девицы сами охотились на солдат в сером — с таким же, впрочем, усердием, как они охотились и на солдат в синем. Многие возвращались голыми, некоторые не возвращались вообще.
Не считая памятников, Вашингтон оставил Коделла разочарованным. Так же было когда-то и в Ричмонде, в местах, подальше от площади Капитолия. Оба города, казалось, не интересовало ничего, кроме собственных внутренних проблем. Для главных городов великих народов это было как-то противоестественным. В Скалистых горах и округе Нэш также были города, озабоченные только своими собственными проблемами. Однажды, возможно уже скоро, он вернется обратно Нэш и с удовольствием погрузится в его проблемы. Он надеялся, что это будет скоро.
Оркестр Конфедерации на лужайке Белого дома заиграл «Звездное знамя». Генерал Ли приветствовал колонну, которая прошла перед группой высокопоставленных федеральных должностных лиц, готовившихся принять Вашингтон из рук армии Северной Вирджинии. Флаг Соединенных Штатов был его флагом не так уж давно, и до сих пор пользовался его уважением.
Федералы также имели свой оркестр. Они вернули комплимент, заиграв «Дикси» — не официальный гимн Юга, но мелодию, наиболее приближенную к ней. Следом за тем, стройный человек со светло-каштановой бородой и тремя звездами, на каждом лацкане мундира, вышел из группы своих товарищей и быстро зашагал к ожидающим его офицерам Конфедерации. Он отдал честь.
— Генерал Ли?
Его голос был тихим, с явственным западным акцентом.
Ли откозырял в ответ.
— Генерал Грант, — сказал он официальным тоном, а затем продолжил, уже живее: — Мы встречались раз в Мексике, сэр, хотя, признаюсь, что ваше лицо не кажется мне таким уж знакомым. Несомненно, это из-за бороды.
— Я помню тот день, — сказал Грант. — Я узнал вас сразу, независимо от бороды.
— Вы слишком щедры ко мне, ведь я весь в сером, а вы в таком красивом мундире, — ответил Ли. — Позвольте мне поблагодарить вас за отличный оркестр.
Грант пожал плечами. Его длинная сигара попыхивала в одном углу рта.
— Я не силен в музыке и, боюсь, что различаю только две мелодии: свою «Янки Дудл», и все остальные.
Он произнес эту небольшую шутку привычно, как будто использовал ее много раз до этого.
Ли вежливо рассмеялся, но тут же стал серьезным.
— Пожалуйста поверьте, что я выражаю свое искреннее восхищение тем мастерством, с которым вы справлялись с армией Потомака, генерал Грант. Никогда в ходе войны я прежде не сталкиваются с таким противника, который бы был так упорен в битве.
Бледно-голубые глаза Гранта вспыхнули. Ли сразу понял, как сильно федеральный военачальник переживает, что не может бороться и дальше.
— Если бы не было этих ваших автоматов, генерал Ли, я уверен, что мы бы встретились на улицах Ричмонда, а не здесь.
— Может быть и так, генерал, — сказал Ли. Из того, что рассказал ему Андрис Руди, это было именно так. Но Улиссу Гранту не нужно знать этого. И того, откуда у Юга новое оружие.
Имя Руди, мелькнувшее в его мыслях, обратило взгляд Ли на этих ривингтонских пришельцев, которые стояли небольшой отдельной группой на лужайке Белого дома, в нескольких шагах от собравшихся офицеров армии Северной Вирджинии. Не все, воевавшие здесь люди из будущего, были среди них. Двое погибли в боях под Вашингтоном, и еще трое получили ранения. Солдаты Конфедерации доставили одного из них к хирургам, которые ампутировали ему изувеченную ногу.
Двух других своих раненых бойцов ривингтонцы отправили к своему собственному врачу. Из того, что слышал Ли, от одного из солдат Конфедерации, который видел их раны, тот не сомневался, что они тоже потеряют конечности. Тем не менее, теперь оба из них стояли со своими товарищами — перевязанные, но целые. Кроме того, у них тогда точно было заражение крови, а эта зараза погубила больше людей, чем пули.
Ривингтонцы как-то однажды уже спасли человека с сильной стадией заражения крови. Воспаление уже зашло далеко; хирурги были уверены, что долго он не продержится. Врач из будущего, тем не менее, справился тогда с септической лихорадкой. Этого ривингтонца здесь не было, но — судя по всему — жить он будет. Все хирурги Конфедерации до сих пор ломают свои головы; некоторые уже просили врачей из Ривингтона обучить их. Рука Ли дотронулась на мгновение до флакона с белыми таблетками в кармане жилета. В 2014 году лекарства делали то, что здесь считалось невозможным.