Ли не стал демонстрировать переживаемое им возмущение. То, что лично он разделял мнение Стэнтона, делало ещё труднее отстаивание позиций, которых он публично придерживался.
— На тех принципах, что государство основано на согласии тех, кем оно управляет, — ответил он.
— И что с того? — Голос Батлера был полон профессионального адвокатского презрения. — Полагаю, негры, которыми вы владеете, одобряют это владение?
— У них столько же прав, как и в большинстве северных штатов, — ответил на это Бенджамин. Он учтиво кивнул Ли — Прошу, продолжайте, сэр.
— Благодарю, господин секретарь. — Ли взглянул через стол на посланников Соединенных Штатов. — Вот, что я предлагаю, джентльмены: пусть жители обоих спорных штатов сами решают свою судьбу путём честного голосования, без воздействия грубой силы или военного присутствия, будь то со стороны Соединенных Штатов или Конфедерации. Президент Дэвис обязуется, что Конфедеративные Штаты согласятся с результатами этих выборов. Он искренне надеется, что президент Линкольн также согласится с тем, что, в итоге, является наиболее справедливым решением, способным разобраться с нашей дилеммой.
— Справедливым?
Уильям Г. Сьюард ограничился лёгким движением брови, тогда как Батлер выражал неприкрытое презрение.
— Как вы можете говорить о справедливости, сэр, когда в ваших словах звучит призыв к выводу лишь федеральных сил, но никак не ваших собственных?
— Как вы можете говорить о справедливости, когда, удерживая эти штаты силой оружия, вы мешаете им реализовывать свои неотъемлемые права? — возразил ему Ли.
Бен Батлер хмыкнул.
— Очередная бесполезная схема, из тех, что вы, конфедераты, без конца изобретаете и продвигаете.
— Нет, сэр, — сказал Джуда Бенджамин. — Мой предшественник на посту государственного секретаря, мистер Р.М.Т. Хантер направлял эти предложения в письменной форме господам Мейсону и Слайделу в Лондон и Париж соответственно в феврале 1862 года. Мы были готовы — более того, непосредственно стремились — довериться воле тех, кого непосредственно затронул сделанный выбор. Соединенные Штаты последовательно заявляют о преданности демократии. Стали они менее верны ей, когда результат может оказаться противоположным их ожиданиям?
— Разумеется, это так, — сказал Стэнтон. — Как и вы, иначе вы не предали бы Союз, когда последние выборы вам не понравились.
Удар попал в цель. Вице-президент Стивенс изо всех сил постарался не заметить этой реплики, сказав:
— Джентльмены из Соединенных Штатов, во имя справедливости, мы просим, чтобы вы передали президенту Линкольну предложение, которое озвучил генерал Ли, и в самое скорое время сообщили нам его ответ.
— Как вы, должно быть, в курсе, он наделил нас правами полномочных представителей по этому вопросу, — сказал Сьюард.
Ли почувствовал, что федеральный госсекретарь не желал выполнять просьбу Стивенса. На протяжении всей войны Линкольн, несмотря на решимость вернуть Юг в состав США, порой, проявлял гибкость в том, как этого добиться. Также он продолжал верить, несмотря на все доказательства, что в отделившихся штатах сохранялось значительное про-Союзное население. Если он в той же степени преувеличивал стремление двух пограничных штатов к жизни под крылом Вашингтона, к предложению Ли он мог прислушаться. На это и рассчитывал генерал, когда выдвигал эту идею.
Провоцируя их, он произнёс:
— Надеюсь, джентльмены, вы не боитесь, что ваш президент решит иначе, чем вы?
Это привлекло к нему взор Стэнтона, похожий на василиска взгляд Батлера и, как всегда, невозмутимое внимание Сьюарда. Последний сказал:
— Поскольку вы настаиваете на данных условиях, мы поступим так, как вы просите. — Он поднялся на ноги. — Соответственно, на этом сделаем в нашей дискуссии небольшой перерыв. Будьте любезны подготовить свои предложения в письменной форме, дабы избежать риска недопонимания с нашей стороны относительно того, что вы имели в виду?
Ли извлёк из внутреннего кармана кителя сложенный лист бумаги.
— Я взял на себя смелость сделать это до вашего любезного согласия.
— Эм… да. Разумеется.
Слегка выбитый из колеи, Сьюард просмотрел бумагу, убеждаясь, что там изложено именно то, что предложил Ли, кивнул и наклонился вбок к саквояжу, что стоял по левую сторону от его кресла.
Когда он закончил, Александер Стивенс заметил:
— Генерал Ли чересчур вежлив, чтобы предлагать вам подумать, является ли его предложение более предпочтительным, нежели возобновление боевых действий против магазинных винтовок, однако, я вынужден вам напомнить о подобной перспективе, а также о неудачных результатах таких последних встреч.