Виллем ван Пелт пошевелил челюстью и напрягся, будто собирался что-то сделать. Лейтенант федералов, настороженный молодой человек, шевельнул револьвером.
— Спокуха, Виллем, — сказал де Байс, касаясь руки ван Пелта. Он бросил взгляд дикой кошки в сторону Ли.
— Значит, вы больше настроены работать с янки, чем с нами, генерал? Обещаю, мы это припомним.
— У Соединенных Штатов есть дела в Кентукки и Миссури до июня, к тому же они соблюдают наше соглашение. Вам, сэр, тут не место, особенно, когда вы возите оружие. А теперь садитесь на лошадей и езжайте отсюда, и считайте, что вам повезло, что у вас есть такая возможность. — Ли повернулся к Гранту. — Вероятно, вашим лейтенантам придётся сопровождать их какое-то время, пока они не пересекут границу. — Затем он обратился к де Байсу тоном, преисполненным предупреждения: — Вы лично и ваши коллеги несёте ответственность за жизни этих федералов.
Грант хмыкнул.
— Кажется, вам не следует об этом тревожиться, генерал, поскольку именно мои парни захватили этих ребят.
— Они бы никогда нас не взяли, если бы не застали меня в кустах со спущенными штанами, — прорычал Конрад де Байс. Хмыканье Гранта переросло в хохот.
Ли тоже рассмеялся, однако он был склонен поверить ривингтонцу. С чудесными винтовками или без них, но эти люди необычайно опасны, и лично де Байс — один из самых опасных.
— Запомните мои слова, — строго сказал Ли, и к собственному облегчению, заметил, что оба ривингтонца неохотно кивнули.
Вместе с федералами они выехали из Томпкинсвилля тем же днём. Грант остался в городе дожидаться лейтенантов, чтобы вместе с ними отвезти винтовки на север. Ли и Маршалл отправились в Боулинг-Грин. Когда они выехали за пределы Томпкинсвилля, Маршалл произнёс:
— Сэр, вы считаете уместным выдать янки несколько дюжин винтовок подобным образом?
— Если бы я был уверен, что у них нет ни одной, я бы никогда так не поступил, заверяю вас, — ответил Ли. — Но они, очевидно, уже имеют сколько-то образцов, отобранных у пленных или снятых с трупов, как поступали наши бойцы, когда подбирали «Спрингфилды» взамен гладкоствольных ружей, которыми пользовались ранее. К тому же, передав винтовки, я помог ривингтонцам избежать лап северян. Поскольку им ведомо многое помимо АК-47, я счёл их более ценными, нежели оружие.
— А. В такой постановке, я вас понимаю. — Маршалл провёл ладонью по волнистым светлым волосам. — Порой они кажутся всеведущими, правда?
— Да, — коротко ответил Ли. Именно это и тревожило его в членах «Движения к Свободной Америке». Спустя мгновение, он добавил: — Всеведущи они или нет, но, кажется, одного они точно не знают.
— Чего же, сэр? — Голос Маршалла звучал искренне любознательным.
— Не вмешиваться в нашу политику. — Ли пришпорил коня в рысь. Маршалл последовал за ним. Какое-то время они ехали молча.
Люди спорили даже, когда входили в парк Луисвилля. Была Страстная Пятница. При иных обстоятельствах, все они находились бы в церкви. Однако церковь будет и в Пасхальное Воскресенье, и в следующее воскресенье, и в воскресенье через год. А, вот, президента Соединённых Штатов, пускай, с недавнего времени, бывшего президента, люди, возможно, никогда больше не послушают.
На всех четырёх углах трибуны развевались американские флаги. На флагах до сих пор были изображены тридцать шесть звёзд, хотя одиннадцать штатов уже вышли из Союза, а ещё два колебались. Кто-то в толпе также размахивал старым знаменем. Впрочем, остальные держали в руках те или иные версии флага Конфедерации. Представители соперничающих фракций уже начали толкаться и пихаться.
Очки Чарльза Маршалла придавали тому высокомерный вид, когда он обозревал увеличивающуюся толпу. Вероятно, это было неслучайно, поскольку в его голосе звучали именно такие нотки:
— Учитывая, куда он завёл свою страну, у Линкольна стальные нервы, чтобы являться в Кентукки и звать людей за собой.
— У Линкольна и в самом деле стальные нервы, — сказал Ли, — к тому же, это его родной штат. Однако я сомневаюсь в его политическом благоразумии приехать сюда — и Сеймур и Макклелан оба опередили его в этом штате, причём Сеймур опередил с огромным отрывом, так, каким образом он намеревается привлечь на свою сторону значительное число избирателей?
Годом ранее он бы и не стал задумываться над подобными политическими расчётами. Тогда его жизнь была проще, единственной его проблемой было — отбить армию Потомака, едва та придёт в движение. Он всей душой желал вернуть те простые деньки, однако, он понимал, что для этого придётся развязать очередную войну, а это была слишком высокая цена.