Финней отмахнулся от похвалы Рейнса, пожав плечами.
— Не то, как если бы я был в бою, или вроде того. В любом случае, в сравнении с оригиналом, мои заряды — самоделка. Наш порох загрязняет ствол винтовки гораздо сильнее, чем тот, что для неё предназначен, что вызывает определённые трудности, поскольку часть пороховых газов используется для подачи следующего патрона в патронник. Одна винтовка, из которой несколько раз подряд стреляли моими боеприпасами, настолько засорилась, что не смогла так больше стрелять; пришлось приводить затвор вручную после каждого выстрела, чтобы освободить патронник.
— Таким образом, это оружие стало бы, в худшем случае, эквивалентом, винтовки «Генри», — задумчиво произнёс Ли. — Иными словами, всё ещё крайне полезное. Вы отлично потрудились, капитан. Полагаю, вы также производите собственные пули?
— Так точно, сэр, но они тоже не так хороши, как оригинальные. Полковник Рейнс сообщил мне, что полковник Горгас рассказал вам о проблеме загрязнения старым добрым свинцом, не обряженным в шикарную медную ночнушку.
— Рассказал, пусть и не такими словами. — Ли позволил веселью проявиться в своём голосе. — Значит, ваши заряды будут стрелять. Это важное дело.
Заговорил Чарльз Маршалл:
— Капитан, вы можете заряжать стреляные гильзы, и можете воспроизводить пули, которые к ним идут. А можете ли вы также производить новые гильзы?
Ли наклонился на стуле вперёд, чтобы услышать ответ Финнея. Если Конфедерация сможет производить собственные боеприпасы, это окажется большим шагом вперёд на пути к независимости от ривингтонцев.
— Пока я этого сделать не способен, — ответил Финней и Ли почувствовал, что его лицо вытягивается. Однако капитан продолжил: — И всё же, я не сдаюсь. До знакомства с АК-47 мы, южане, особо не имели дел с самозарядными винтовками или вытачиванием латунных гильз. Теперь же, когда с США у нас снова мир, полагаю, мы сможем купить патент на производство у ребят, что поставляют боеприпасы для «Генри» или других винтовок северян. Как только я обзаведусь станками, я надеюсь подшаманить их так, чтобы крутить те гильзы, что надо. По крайней мере, попытаюсь.
— Благодарю вас за мужество и энергию, капитан, — от всего сердца произнёс Ли. — Пускай вы и не добились того прогресса, на который рассчитывали, вы отлично потрудились. Лишь в романах герой обладает постоянной удачей, чтобы сделать всё, что требуется, дабы спасти ситуацию именно в тот самый момент, когда это от него требуется.
— Святая правда, Господи! — сказал Джордж Рейнс. — Надеюсь, генерал, ко мне вы окажетесь столь же снисходительны, как к капитану Финнею, не в последнюю очередь потому, что мне это потребуется.
— Расскажите, что вы выяснили, — сказал Ли. — Позвольте мне судить самому, хоть я уже уверен, что вы сделали всё возможное.
— Порой, я удивляюсь, — проговорил Рейнс. — Я гордился своими знаниями по химии, пока не начал изучать порох, что используется, как метательное вещество в АК-47. Теперь же мои чувства схожи с теми, что выразил капитан Финней — мне было продемонстрировано, сколько же всего я не знаю. Осознание этого неприятно.
— Это замечание мне постоянно приходится слышать в адрес ривингтонцев и их товаров, — сказал Ли, добавив про себя: «И я знаю, почему». — Полагаю, вы расскажете мне, что выяснили, а загадки оставим на другой раз.
— Спасибо, сэр, — облегченно произнёс Рейнс. — Почти двадцать лет назад немец по фамилии Шёнбейн получил взрывчатку путём погружения хлопкового волокна в крепкую азотную кислоту.
Ли приподнял бровь.
— Да, что вы говорите. О таком применении хлопка и я подумать не мог. Кое-кто в нашей стране зовёт его королём, однако никто и мечтать не мог, что он может использоваться для боеприпасов. Вы изучали эту возможность до того как заполучили гильзы АК-47?
— Никак нет, сэр, — мгновенно и очень выразительно ответил Рейнс. — Этот материал обладает слишком взрывным темпераментом для любого разумного человека, кто решит его использовать — до сей поры. Одной из составляющих пороха АК-47 является нитроцеллюлоза. Выяснил я это как химическим путём, так и рассматривая порох под микроскопом; облик хлопковых волокон остался практически неизменным несмотря на воздействие кислоты. Но каким-то образом, возможно, в процессе очистки, его взрывные свойства были приведены к значительно большей стабильности, чем у того продукта, с которым мы — да и весь остальной мир — ранее имели дело.